— Ты, это, осторожней будь. Этим тевинтерцам даже на глаза попадаться опасно. Свою магию крови наколдачат, вмиг каким-нибудь демоном станешь, — бросил ему напоследок искренне обеспокоенный трактирщик, очевидно, не желая обнаружить горстку пепла от одного из немногих платёжеспособных магов.
Такая магическая необразованность большей части населения не могла не раздражать истинного тевинтерца, однако Безумец опять показал чудеса сдержанности. В конце концов чему удивляться, когда в этом новом мире магов уже и за людей-то не считают? Спасибо хоть и на том, что трактирщик понимает, что малефикар и маг — это не одно и тоже.
Безумец угадал, когда предполагал, что те, кто нарушил утренний привычный ритм таверны, скрылись в комнате предводительницы мятежных магов. Успев выучить эту часть здания, мужчина довольно-таки скоро добрался до нужной комнаты. Он только и видел, как захлопнулась дверь, а потом её обступили телохранители магистра.
— Проходи мимо, хромой. Здесь смотреть не на что, — ожидаемо грозно произнёс один из солдат, когда Безумец, идя по коридору, слишком уж приблизился к охраняемой комнате.
Наверное, мужчина никакими словами не сможет описать, насколько он был счастлив, услышав акцент, с которым говорил этот солдат. Конечно, под давлением времени и прочих обстоятельств, с которыми столкнулся Тевинтер, акцент изменился, но всё равно он до сих пор близок к тому, как говорил Безумец и как говорила когда-то вся Империя. Ну, хоть что-то ещё ныне сохранилось от его мира, от его Родины. И от всех этих нахлынувших мыслей мужчина не сдержался и даже улыбнулся.
Если бы стражник не был так скрупулёзен в выполнении своих прямых обязанностей и задержался на изучении постороннего, то наверняка бы заметил улыбку на его лице. Понятно дело, не догадываясь об истинных причинах её появления, лаэтанский маг мог заподозрить что-то неладное, и уже у хромого бы мага начались проблемы. Однако Безумцу повезло, на него опять никто не обратил лишнего внимания, и у него получилось спокойно пройти в дальнюю часть коридора и завернуть в тупиковую его часть.
Сюда охрана магистра не дошла, а вот и зря. Ведь мужчина, когда выяснил, что с Фионой ему не поговорить, ещё ночью бродил здесь, желая проникнуть в её комнату в поисках интересных писем, заметок и, конечно же, книг, поэтому и обнаружил кое-что интересное. Оказывается, комната претерпела небольшую перепланировку. Изначально вход в неё был как раз здесь, в тупиковой части коридора. Но, сделав новую дверь, хозяин трактира этот вход заколотил, а с той стороны закрыл большим шкафом. Только он не учёл, что доски, а уж тем более неплотно сколоченные, очень плохо задерживают звук. Поэтому отсюда Безумец смог прекрасно услышать разговор тех, кто находился в комнате.
— Значит, Инквизиция предлагает вашим магам союз. Хм, быстро они спохватились, — вслух рассуждал Герион, пока читал письмо, а заодно и искал какое-нибудь возможное скрытое послание для магессы. Однако любопытство исследователя не удалось потешить, потому что чего-то подобного в письме он так и не обнаружил. — Хорошо. Посыльный сказал, как тебе оформить свой отказ?
Последняя услышанная от магистра фраза подтвердила предположения Безумца о том, что отношения между этими двумя были какими-то… подчинительными, что ли. Он даже не спрашивал её мнения касательно союза с Инквизицией, всё решил уже за неё.
— Посыльный сказал пока обдумать предложение, о котором говорится в письме. Где-то через неделю сюда прибудут представители Инквизиции, чтобы подробнее всё обговорить.
Фиона говорила покорно, но полностью своё отчаяние скрыть всё равно не смогла. Очевидно, ей, свободной эльфийке, пресмыкаться перед тевинтерцем было противно, однако она сама на это решилась, видимо, потому что не видела другого выхода. И сейчас, несмотря на сомнения, она пыталась себя оправдать, что договор с этим магистром не был её слишком поспешным от отчаяния решением. Ведь навряд ли служба организации, прародительница которой в своё время стала началом ордена тиранов-храмовников, будет лучше, чем служба Империи. Хотя… Впрочем, уже неважно, слишком поздно что-то менять.
— Что ж, буду очень рад встретиться с их представителями, — очень лукаво улыбнулся Герион, даже не скрывая этого.
— Вы хотите их дождаться? Но вы сказали, что совсем скоро заберёте моих магов из Редклифа.
— Нам некуда спешить, Фиона. Вдруг за той большой группой нуждающихся, которые пришли к нам недавно, ещё кто-нибудь подтянется. Мне бы хотелось вывезти из этого отравленного церковной ложью края больше наших сородичей, — ух, как же сильно лукавил Алексиус, произнося слово «сородичи». Безумец даже отсюда почувствовал всю лживость его, казалось бы, красивых намерений. Но понятно дело, уставшая от вечной беготни и груза ответственности эльфийка так и не заметила какого-либо подвоха в интонации собеседника.