Когда всадники без каких-либо проблем вошли в замок (ворота им поспешили открыть как можно быстрее), высотный наблюдатель решил сам спикировать вниз, во внутренний двор замка. Теперь вот чёрный ворон сидел на заборе около конюшни и такими же чёрными глазами-бусинками рассматривал приезжих, но больше всех — именно девушку. Судя по внешности, она была очень молодой, наверное, немного старше Феликса. Именно её возраст и смущал мага больше всего. Однако в своих знаниях он не сомневался. Значит, эта девочка и есть тот самый сильный маг, которого он учувствовал. Очень похвально для её возраста даже по меркам его мира, тем более для не сомниари.
Из-за своих изысканий и любопытства мужчина повёл себя слишком неосторожно. Крупный ворон, сидящий на заборе, конечно же, привлечёт внимание. Люди его заметили и посмеялись от доверчивости птицы. Впрочем, причин для волнений не было, ведь его не тронули, не постарались подпалить ему перья даже ради спортивного интереса. Отчасти потому что боялись гнева той, которая была, очевидно, главнее всех их. Хотя девушка и сама вскоре заметила причину смеха её подчинённых. Судя по ухмылке, любопытный ворон, скачущий по забору, позабавил магичку. Была бы она сновидцем или опытным магом, то могла бы заподозрить обман. Но к его счастью, кроме потенциала в ней не было ничего. Да, подсознательно магесса чувствовала необычную ауру вокруг ворона, в какой-то степени он даже мог притягивать её своей такой же магической природой. Однако разбираться во всех этих ощущениях её, очевидно, никто не учил, поэтому она совершенно не обратила внимания на свою магическую интуицию, и птица для неё так и осталась просто слишком доверчивым животным.
Пользуясь неопытностью всех этих магов и не желая больше давать повода для подозрений, чёрный ворон взлетел и скрылся за ближайшей башней.
Очевидно, для неё эта встреча не значила ничего. Кальперния, забыв о странной птице, вернулась к своим делам и причине, зачем ей вообще нужно было приехать в Редклиф, поэтому тут же направилась к главному среди здешних тевинтерцев. Однако Безумец улетать не собирался. Он следил за передвижениями девушки по замку благодаря открытым бойницам. Алексиус встретил её почти у входа, как, очевидно, важную гостью и, получив от неё какой-то уж слишком строгий взгляд, сразу же повёл в свой импровизированный кабинет. Несмотря на то, что эти двое собирались говорить без лишних ушей, раз даже выставили за дверь своих телохранителей, мужчина заимел наглость сам залететь в комнату и сесть на потолочную балку. Темнота от наступающего вечера играла ему как никогда на руку. Чёрного ворона в темноте так никто и не заметил.
Конечно же, разговор вышел секретным. Двое венатори не могли не обсуждать важные для их организации планы. Безумец их, конечно же, слушал, но больше продолжал осматривать эту очень странную гостью. То, что она была даже главнее ни много ни мало этого магистра, говорило поведение Гериона. Ведь говорил он слишком аккуратно, покорно. Видеть, как пресмыкается тот, кто довёл главу местных магов чуть ли не до рабского положения, было очень забавно. Хотя какой-то добровольности Безумец в тоне Алексиуса не различал. Разумеется, мужчине противоестественно было подчиняться девчонке, которая, наверное, почти в два раза его и младше. Однако глаз ворона заметил ещё некую деталь — взгляд магистра. Ведь с таким скрытым отвращением никогда не смотрят на равных себе по социальному статусу.
И тогда у Безумца появилось ещё больше вопросов к этой женщине.
Кальперния, как и свойственно командирам, соблюдала строгость во всём. Начиная от своей одежды и заканчивая манерами речи. Её длинные пшеничные волосы были убраны в причудливую, но сложную причёску, которая не распустилась даже от скачки на коне. Её походное платье в лучших традициях тевинтерской моды было дорогим, подгонялось под неё мастером да не одним. Так что простушкой она уж точно не казалась. Вдобавок к этому держалась она гордо перед своими подчинёнными. Угрюмая маска не спадала даже сейчас. Она с откровенным удовольствием пользовалась своим положением и дерзила магистру Алексиусу, несмотря на разность в возрасте. Слишком пёстрая совокупность всего этого заставила Безумца подозревать, что вся эта важность весьма лжива и напущена. Можно было подумать, что девчонке вдарил в голову эгоизм и самомнение от собственной значимости, однако мужчина подозревал, что было всё немного сложнее.