Как и было велено князем, гостей умыли, обогрели, накормили и напоили, а после они вновь прошли в передний зал, что уже пустовал. Лишь князь все также в задумчивости пребывал на своем высоком месте.
- Много времени минуло с тех пор, как в знойные дни ты покинул Кичень, Ведимир, - обратился к мужчинам Лякорич, велев занять места около престола. – Как поговаривали, пропал ты с тех пор из родных земель. В недобрый час отлучился ты по собственным делам, много несчастий свалилось на главу твоего народа да и всех племен союза. – Князь внимательно оглядел молодых гостей, что привел вместе с собой велеский княжич, и, горестно вздыхая, поведал собравшимся слушателям о событиях, что случились в их отсутствие в отчих краях.
- Атубатан, как и обещал боярам Дерявы, после возмездия над княгиней Изой, которую сами же горожане отправили на костер, ушел на юг, но по его стопам набежали полоры, вторгшиеся в столицу, разграбившие все деревни и города до самых северных границ велеских краев. Князь Ульч, брат великого князя Шустя, занял княжеские палаты и стал управлять городом от имени твоего брата малолетнего Сигиря, которого тинголы увезли с собой в Шафри в качестве заложника. Ведь Атубатан потребовал вдобавок от велесов исполнить обещание их убиенного князя Ведимира и отдать в жены атану тинголов княжну Милару. Так вот, твоего брата обещали вернуть домой, когда княжна прибудет к своему новому жениху. А в это время Ульч объявил себя ставленником Сигиря в Деряве, тогда как от имени младшего княжича могла говорить лишь его мать, моя дочь Седра, ныне пребывающая под отчим кровом, или же его родные брат и сестра. Но никто не смел перечить полорским дружинам. Торик же отказался отпускать из своих войск велеских воинов, но не стал надвигать их походом в западные от реки земли. Князь дризов до сих пор медлит со своими решениями, не желая оставлять без обороны собственные уделы. А твоя сестра, Ведимир, не вернулась в Деряву, несмотря на принадлежащее ей право возглавить город после твоего исчезновения и гибели родителей. Милара написала мне, что чувствует себя в безопасности лишь в далеких холодных снегах и замуж за Атубатана не пойдет, но она не желает слышать и о брачном союзе с Ториком, который бы вновь скрепил велесов и дризов. Теперь без их поддержки тебе не возвратить вотчину.
- Так неужто полоры бьют велесов на их же землях, и те не в силах прогнать прочь дружину полорского князя, которую в прошлые годы мы не раз одолевали своими мечами и копьями?! – воскликнул Ведимир, когда Лякорич закончил излагать известные ему сведения.
- Трудно собрать войско под единый стяг в зимние холода, когда в краю нет князя. Сельчане и горожане уже избавились от гнета полоров. Нынче их солдаты занимают лишь стольный град, стены которого высоки, а ворота отпираются лишь для купцов по особому распоряжению Ульча. Князь утверждает, что его права на возглавление Дерявы законны, и никто не в силах оспорить это право. Но, наконец, явился настоящий наследник власти в землях велесов. Только не знаю, решишься ли ты, Ведимир, заявить о своих правах. Велесы окончательно разъединены, и страх, что за твердое сопротивление полорам в их селения вновь пожалуют тинголы, которые теперь не будут столь милосердны и безразличны к их домам, как в прошедшую осень, еще очень велик.
- Не бывать такого, чтобы велесы страшились далекого врага! Я не оставлю полоров в сердце своих владений! Они ответят своими жизнями за гибель моего отца и матери.
- Но вряд ли вы загубите так много жизней и прольете крови неприятеля, если отправитесь к Деряве только впятером, - рассудительно произнес Лякорич. Ни радости, ни печали не было слышно в голосе старого князя, лишь назидательные интонации опытного воина.
- Знаю, великий князь, - немедленно ответствовал Ведимир. – Так прошу у тебя верных дружинников. Никогда не отказывали кривличи в помощи своим южным соседям велесам!
- Время посевов наступает, не смогу я оторвать своих мужиков от полей. Но отправлю тебе в подмогу сотню проверенных воинов. К тому же в Зуеве, у общих границ наших земель, встретишься с княжичем Гайаром, твоим двоюродным братом. Он сумел не пропустить полоров далее на север и отбросил их обратно к Деряве, но саму столицу не взять числом воинов, что собрал княжич после поражения от Атубатана. А за зиму многие разошлись по своим домам. Посоветуйся с братом как вернуть велесам главный город. Может решитесь возвратить утраченную дружбу с дризами… Ведь столицу не взять долгой осадой, надежны её крепостные укрепления, да и казематы наполнены припасами еще со времен твоего отца. А за это время обязательно придут на помощь своим прихлебателям злобные тинголы, так что и вам понадобятся новые силы и войска союзников.
- Но можно ведь ударить так сильно, что после первого раза полоры не успеют обнажить оружие и признают возвращение княжича Ведимира, - громко произнес Ланс, чем обратил на себя хмурый взор кривлича. Князь внимательно оглядывал темноволосого незнакомца, которого до сих пор не признал из окружения Ведимира, должного вскоре породниться с его семьей.
- Если хотите разбиться о закрытые ворота Дерявы, то попробуйте, - угрюмо ответил Лякорич. – Только простись сперва с моей внучкой, Ведимир, хотя она уже и не чаяла вновь тебя увидеть. Если ты намерен воспользоваться советом своего… друга… то боюсь, что ей придется вновь оплакивать тебя, только уже слезы прольются не в постель, а на твое остывшее тело.
Никто не переубеждал князя кривличей. Прежде громких слов следовало явить доблестные дела. В этих краях вряд ли кто-то слышал о великом государе морийском Ортензии, который брал некоторые города в одиночестве, хотя войска его всегда были за спиной своего вождя. Ныне граф де Терро обладал способностями, которыми возможно было изменить жизнь многих людей, и знание чародейства все явственнее всплывало в его голове. Он уже использовал колдовство, о котором вероятно даже не имели представление северные колдуны, но сам Ланс пока еще терялся во мгле своего прошлого, в котором эти навыки приобрел. Да и настоящее затянула пелена безнадежности и отчаяния от осознания того, что он никогда не увидит свою мать, что он не успел откликнуться на призыв Лиссы.
Снега таяли, широкие дороги затопили журчащие ручьи и грязные лужи. На телеге было не проехать, лишь лошади под ударами плетей все-таки пробирались вперед по слякоти и жиже, что намешивалась под ногами и копытами. Ведимир задержался в Кичени на пару дней. Он выступил на юг в родные края, едва была собрана дружина, и на добрых скакунах воины помчались вершить возмездие за разгром униатских поселений. Семь рассветов всадники встретили в пути, покуда не добрались до первых дремучих лесов, еще не покрывшихся листвой, которые тянулись нескончаемым покрывалом на восток в земли дризов. Здесь на окраине кривлических уделов возвышались первые города велесов. В Зуеве их уже ожидал Гайар.
- Полоры как лисы забрались в свои норы, закрылись за высокими стольными стенами и не суют более носа в дальние земли. Но сколько домов они уже разграбили, угнали весь скот, перерезали птицу, увели зерно! В Деряве более нет высокого слова князя, ибо Ульч не глаголет для всех едино, а лишь защищает своих людей. Мастеровых не выпускают прочь, заставляя работать днем и ночью на князя и его головорезов. Ульч всю зиму отправлял собственных дружинников на вылазки из города, и они обшарили все окрестные леса, где схоронились многие горожане – поганые полоры не пощадили ни голодных детей, ни их матерей, оставшихся вдовами после сражения с атаном Атубом, - делился горестными вестями со своим родичем княжич Гайар. – Многие воины покинули прежние дружины, бывшие в подчинении бояр князя Ведимира, предавших город тинголам, но остались и те, кто отныне служит новому князю, ибо вершит свою волю он от имени Сигиря, младшего княжича велесов, право на власть которого никто не был в силах оспорить. Но ты вернулся, Ведимир, и я передаю тебе свой меч, а также оружие всех тех, кто готов был подняться на мой зов. Мы последуем за тобой, как и подобает дружине идти за своим князем.
- Да помогут гралы нам в этом походе, брат мой Гайар. Но да не только духи будут свидетелями нашей победы, подобно орлу налетим мы на спящий птичник. Поверь, не выдержит Дерява, - уверенно заглядывал в будущее Ведимир, - поведу я войска на свой родной дом, но не для того, чтобы сжечь его, а чтобы воздать заслуженные почести в любимом городе велесов тем, кто погиб за него. И чтобы усадить по обе стороны от себя на высоком престоле обоих братьев, что будут подле меня в эти дни, - княжич решительным взором оглядел сперва Гайара, более юного, но столь же храброго, как все велеские князья, а потом обратил взгляд на Ланса. Лишь верные спутники Ведимира ведали, кем князю приходился чужестранец из далеких земель, что не походил видом на униатов. Разве что за сирига можно было принять колдуна по черным волосам, высокому росту и темным глазам. Они знали, что граф де Терро с заморского острова Алмааг являлся непростым человеком, был одарен силами самих гралов, ибо по-другому не понимали, как объяснить его невероятные деяния. Другим униатам княжич Ведимир представлял брата по матери как опытного воина и мудрого советника, и действительно даже в родных землях Веди прислушивался к словам графа и с благодарностью принял его план по завоеванию Дерявы. Его разработал колдун, и только он мог воплотить его в жизнь.