Ведимир довольно кивнул, он поднял меч вверх, после чего его спутники повторили княжеский жест. Дризы ответили тем же, закрепляя таким образом принесенные клятвы. Торик вскочил в седло, осторожно поправил на крупе коня тело девушки, по-прежнему сохранявшей молчание, и дризские воины скрылись на узкой тропинке в чаще леса.
Праздник в военном лагере начался с улюлюканья любопытной толпы. Князь Торик привез из земель улов бродячую труппу артистов, которые ходили на голове, пели, плясали, а также водили за собой маленького медведя, пугавшего и забавлявшего горожан, наваливших в просторные луга за десяток верст от Дерявы. Кашевары на кострах готовили ароматные похлебки, черпатели угощали гостей полными кружками браги и вина, юные девушки, подруги молодой жены, разносили подносы с едой меж воинов, отдыхавших от походов и тренировок, а также кружились на арене, отведенной для показательных рукопашных боев между униатами.
Дни и ночи протекали среди шума и гама, новых лиц и знакомых, кислого пива и уже жесткого мяса, постоянных разговоров и переходов из одного шатра в другой. Ланс устало сидел около затухавшего костра. Утро только наступало, а веселые менестрели вновь затягивали громкую песню, и слух прорезал задорный женский визг. Колдун выпил чистой воды из фляги и поморщился, когда его напарник, один из дружинников Ведимира, приказал юнцу-прислужнику притащить для важных бояр, коими он желал предстать в глазах дризов, еще один кувшин вина. Ланс надеялся вскоре удалиться к себе в шатер, чтобы поспать, когда на почетном месте для поддержания главного свадебного костра его сменил бы Ратмир или Гайар, прочие близкие со стороны невесты. Но прибытие очередной порции выпивки означало, что графа де Терро не отпустят так просто со столь почетного поста.
- Ланс де Терро? – раздался приятный голос за спиной колдуна. Он поглядел через плечо и с трудом сдержал удивление на лице. Девушка, негромко позвавшая его по имени, оказалась Миларой, которая за время празднеств почти не выходила на глаза веселившемуся люду. – Я бы хотела поговорить с тобой. Не откажешь мне в прогулке к опушке леса?
Он незамедлительно поднялся на ноги и, поклонившись нововозведенной княгине дризов, последовал за её неспешным шагом. Они медленно в молчании добрались до весеннего леса, наполненного птичьими трелями и свежестью распускавшейся листвы. Ланс с интересом осматривал сводную сестру, о которой уже много слышал, но девушку так и не успел узнать поближе. Милара шла чуть впереди, и колдун пробегал взглядом по её невысокой фигуре, простому платью, какое отныне полагалось носить хозяйке, пусть даже в тереме князя, по её светлому лицу и волосам, покрытым легким платком. О княжне велесов слагались песни и ходили легенды в униатах, где обожествлялась её красота, но перед Лансом шла ничем не примечательная юная девушка, хотя ступала она горделиво, заманчиво вела головой в бок, а плавность рук и ясность глаз приковывали взор. Теперь княжна лишилась своих длинных золотистых волос, а кроткий нрав, за который она получала немало похвал за годы минувшей юности, так и остался для Ланса лишь на языках велесов, ибо в своей сестре он увидел в первую очередь упрямство и непреклонность матери. Милара держалась уверенно и строго, как будто не было тех недель сопротивления решению брата о союзе с Ториком, так что граф лишь поймал себя на мысли о справедливости поговорки морийских южан – стерпится да слюбится.
- Князь Ведимир многое поведал мне с тех пор, как я вернулась в Деряву, - девушка заговорила неожиданно, оборачиваясь к спутнику. Она замерла на месте, изучая лицо колдуна, лишь её глаза, казалось, жили на бледном красивом лице. – Вы наш сводный брат Ланс де Терро. К сожалению, вы очень рано лишились матери и, наверное, её совсем не помните, но теперь вы обрели родичей… и, как я смею предположить, очень крепко подружились с ними. Во всяком случае Веди не чает в вас души и полностью доверяет вам свою жизнь. А как вы относитесь к нам, велесам? – учтиво задала она последний вопрос, озвученный более в подозрительной, нежели дружелюбной манере.
- Я вас совершенно не знаю еще, княжна. Из родичей действительно полюбил пока что лишь князя Ведимира, - резко ответил колдун. Притворствовать Миларе он не собирался. За её праздными расспросами Ланс уже предугадывал неотложное дело, с которым она, видимо, вознамерилась к нему обратиться. – А свою мать я помню очень хорошо. Просто порой моя память уносится за пределы моей жизни, - иронично добавил он.
- Люди поговаривают, что сами гралы стоят за вашей спиной, наделяя вас невиданными силами. Вещуны были правы, когда сказали, что я найду дома того, кого совсем не ожидаю, и будет он мне ни мужем, ни братом, ни другом, ни врагом. Не мудрено догадаться, что слова эти были о вас, Ланс де Терро.
- Если вы, княжна, не желаете во мне видеть никого из перечисленных вами…
- Вы чужак, - перебила она очередное насмешливое замечание мужчины. – Но вы неслучайно прибыли в наши земли. Гралы призвали вас для защиты наших краев. Не откажите же в помощи и несчастной сестре, - на последних словах её голос все-таки дрогнул. Она собиралась произнести просьбу до конца, но внезапно спохватившись, замолчала и поникла.
- Ты очень похожа на мать, а, с другой стороны, совсем иная, - нарушил тишину Ланс, вернув себе серьезность. – Она обычно просила лишь за самых близких людей и никогда за себя. Говори же, что ты хотела, Милара.
- Я прошу вас, прошу вас от всего сердца убедить князя Ведимира вызволить из плена княжича Сигиря или узнать о нем хотя бы весточку, хоть одно слово. Он еще совсем юн, отрок десяти лет, а Веди видит в нем лишь возможного соперника, лишь сына, рожденного от первого брака нашего отца. Но ведь Сигирь еще только мальчик. Княгиня Иза любила его также пламенно и самозабвенно как Ведимира, как меня, как она любила бы вас, хотя никогда не молвила о своем утерянном первенце ни слова. Жизнь княжича можно выкупить за золото. Я знаю, что он еще жив. Я видела его образ в пещерах сиригов, но нужно поторопиться, чтобы возвратить его на родину, - её нежный голос взывал к собеседнику. Княжна молила неподвижно и почти бесслезно, лишь её ладони были прижаты к груди, и глаза не отрывались от лица колдуна в ожидании ответа.
- Я поговорю с Ведимиром. Но у великого князя нынче более насущные дела. Если он вместе с вашим супругом сумеет поразить полоров, то униаты получат возможность наравне говорить с восточными наездниками. И все это время жизнь вашего младшего брата будет висеть на волоске, однако против неё положены тысячи жизней ваших воинов. Не проще ли упросить князя Торика послать с выкупом к тинголам богатые обозы, в обмен на которые освободят и прочих пленников? В любом случае посольство от дризов не будет встречено столь враждебно, чем гонцы велесов, а я обещаю, что приму в нем участие.
- Нет, мой муж не будет слушать молодую жену. Ему вправе советовать лишь его мать. Я не хочу, чтобы он мне отказал в первые же дни нашего союза, - строго проговорила Милара. – К тому же в руках дризов Сигирь действительно может стать лишь игрушкой, возможным ставленником на землях Ведимира. Вы еще совсем не знаете, как кровожадны бывают униатские князья в погоне за властью. Спустя годы родные братья нередко ополчаются друг на друга, сыны сживают со света родителей лишь бы поскорее добиться высокого положения и богатых уделов. Это может быть пострашнее набегов тинголов.
- Но вы уже стали княгиней дризов, и вам подобает заботиться об интересах мужа, - после произнесенной фразы Ланс увидел недовольные огоньки в серо-голубых глазах девушки. – Я действительно чужак и задержусь на этих просторах лишь до поры, покуда не исполню слов, данных друзьям. Не волнуйтесь, княгиня, если в моих силах убедить Ведимира вспомнить о меньшом брате, то я сделаю все возможное. Только уверен, что он о нем никак не забыл.
Она кивнула, а затем поклонилась ему в ноги, благодаря за искренний ответ. Путники продолжили прогулку, возвращаясь к шумному лагерю.
- Позвольте и мне кое о чем вас спросить, - Ланс счел необходимым поддерживать возвышенный и уважительный тон в речи, ибо Милара по всей видимости не собиралась признавать в нем близкого человека. – У моей матери, княгини Изы, был позолоченный амулет в виде небольшой склянки на цепочке. Вы не знаете, кому он мог попасть в руки после её казни? – Колдун уже давно вспомнил о солонке, с которой был связан во время бестелесного существования, однако его расспросы Ведимира и пары слуг, что остались в Деряве в осаду города тинголами, не принесли надежды на возвращение утерянного талисмана. По размышлениям графа де Терро именно с ним следовало отправиться к сиригам.