Вновь затрубили, и с того места, где схваченных послов сбросили вниз, на толстых веревках в песок опустили два полных деревянных ведра с водой. Хищники остановились, ожидая, что вскоре им будут сброшено долгожданное угощение, однако веревки обвисли, и более никто не появлялся у заграждений, что окружали каменную яму. Тогда тигры лениво направились всей троицей к темной луже, возле которой была оставлена вода, и, вылакав из ведер несколько порций прохладной жидкости, как по команде, улеглись рядом на мокрый песок.
- Чего заснули?! Эй, мордастые, где ваши зубы! Кого вы будете есть? – доносились из толкавшегося за деревянными панелями строя горожан окрики.
Затем в одного из хищников полетел огрызок яблока и сухой ломоть хлеба. Из укрытия пленников была видна груда людей, собравшихся на противоположном краю стены, откуда и был произведен меткий бросок. В три прыжка тигр оказался под оравшими зрителями и, громко огрызаясь, встал на здание лапы. Его размеры поразили толпу, мгновенно затихшую, а потом с испуганными криками поддавшуюся прочь от пропасти, подминая задние ряды. Было явно, что еще один ловкий прыжок вверх, и зверь одолел бы даже деревянные помосты, вырываясь наружу. За своим товарищем последовали другие звери, один из них при этом не забыл задней лапай нагнуть ведро, готовое перевернуться. Тигр отскочил в сторону от водяных брызг и протрусил, рыча на ходу, к испуганному народу. Видимо, он даже не заметил, что Ланс чарами остановил посуду, покачнувшуюся в разные стороны, но так и не опрокинувшуюся в песок. В тот же момент, когда звери покинули сторожевые позиции, колдун выскочил из ближайшего к луже отверстия через распахнутую решетку.
Он добежал до ведер, которые были наполовину опустошены и, зачерпнув полный кувшин чистой воды, кинулся обратно к друзьям. Ланс передал сосуд в руки Ведимиру, решительно бросив взгляд обратно к воде. Нужно было попытаться достать её в достаточном количестве, поэтому колдун уверенно двинулся назад. С его появлением крик толпы раздался с противоположной от тигров стены. Звери тоже заметили свою возможную добычу. Они жадно наблюдали за быстрыми движениями человека, успевшего уже почти скрыться за железными прутьями, но когда он вновь вышел из тени на яркий свет, хищники прыгнули ему навстречу и почти сразу же оказались в центре арены. Но последовавшие действия были не столь быстрыми и яростными. Перед мордами животных мелькнула огненная вспышка, тигры попятились обратно в прохладу дальней стены, а песок окрасился высоким пламенем, разделяя арену на два полукруга. Ланс, удостоверившись, что отныне звери не осмелятся подойти к нему, ухватился за веревки, удерживавшие большие посудины. Они легко порвались от его касания, а в воздухе разнесся запах горелых нитей. Чародей схватил оба ведра и вернулся в темный проход. В тишине, воцарившейся после свершенных чудес, раздался повелительный голос атана:
- Гонти ханам! – Атуб, которого колдун заметил только сейчас, приподнялся со своего каменного трона, обращенного в сторону подземной арены. Он указывал вытянутой рукой на человека и выкрикивал искаженным от гнева ртом приказы своим солдатам.
В сторону Ланса полетели два копья, но он сумел уклониться. Еще одно толстое древко вонзилось в песок прямо перед лицом, и Ланс замер. Солдаты стояли около края занятого своим господином, а также его приближенными. Возле атана находилось немало тинголов, одетых в богатые одежды, а прямо рядом с троном, устроившись на одном из широких каменных подлокотников, сидел мальчик, скорее всего, приходившийся сыном вождю, потому как его украшенный сине-золотыми красками короткий наряд поверх атласных брюк в точности походил на одеяние атана.
Другое копье направилось в сторону колдуна, однако оно переломилось и вспыхнуло огнем в воздухе, не достигнув цели. Атуб продолжал отдавать приказы на грубом родном языке, и не было сомнений, что он требовал уничтожения пленника. Несколько воинов, вооруженных тяжелыми мечами, проталкивались сквозь толпу, чтобы спуститься в яму в том месте, где не было тигров, которые отрезанные огнем встали как раз под троном тингольского вождя. Однако Ланс также не тратил времени впустую. Он заметил боковым зрением, как на помощь выбежал Ведимир, обнажая свой меч. Колдун же лишь опустил перед собой ведра и вытянул вперед обе руки, как будто порываясь ухватить что-то невидимое перед собой. Его движения были совершенно излишними для колдовства, однако по-прежнему не забывая об огневом рубеже, граф таким образом лучше представлял то, что собирался сотворить.
Мальчик, сидевший подле Атубатана, как и сам правитель, находился довольно далеко от колдуна, но для Ланса это не составляло особых затруднений. Он вознес руки, и внезапно маленький тингол поднялся в воздух, а после плавно поплыл в сторону чародея. Толпа разразилась недоуменными возгласами, по большей части обращенными к человеку, который делал невозможное. Многие фезы запрокинули головы вверх к светлому небу, взывая к богам, а тинголы оборотили взоры на могучего атана. Атуб замолк, увидев, как его сын завис над ареной. Под ним сгрудились три тигра, пожелавшие вблизи рассмотреть, кто посмел загородить им солнце. Сам же мальчик был не в силах передвигать нижней частью туловища, он испуганно ворочал головой и торсом, желая отыскать взглядом своего отца, чье имя выкрикивал. Тем не менее, паренек не зарыдал и не потерял присутствие духа даже когда осознал, что в нескольких локтях под его ногами встали голодные хищники.
- Останови своих людей, не то мальчику придется разделить участь пленников! – громко обратился к атану Ланс. Его униатскую речь тут же перевел один из приближенных к Атубу военачальников. Тингол взмахнул рукой, и солдаты, которые после испуганного ропота толпы вновь занесли в воздухе копья и обнажили мечи, отступили от ямы.
- Все твое потомство будет расплачиваться за покушение на атаниса! – грозно ответил тот самый командир войск, что стоял подле Атуба. – Освободи любимого сына вождя! И тогда он освободит тебя, - добавил он спустя несколько минут, расслышав повеление атана.
Ланс захотел засмеяться, но он почувствовал, что с трудом может говорить нужные слова, а хохот лишь отнимет столь необходимые в этот момент силы. Он не отрывал взгляда от мальчика, удерживая того над землей:
- Мы и сами вернем себе свободу, если пожелаем. Только для начала ты приведешь князю велесов его меньшого брата, а после получишь целым и невредимым своего сына, - колдун говорил непреклонным тоном, но Атуб понял, даже не разбирая речь противника, что тот не отступится и исполнит все свои угрозы и обещания. Атан заговорил в ответ. Советник переводил слова:
- Княжич Сигирь уже должен был встретиться со своим братом, потому как он вместе с прочими узниками заключен в яму. Атубатан согласен отпустить вас всех.
- Сигиря там нет. Он исчез две недели назад, и твои стражники скорее всего захватили его! Где мальчик?
- Но атану неизвестна его участь! – негодующе ответил тингол. – Неужели ты сомневаешься в словах правителя?! Княжич мог иссохнуть от жажды и голода, но тогда вы должны были найти его тело!
Всё заклокотало внутри графа от того безразличия за судьбу маленького велеса, что звучало в речи советника. Он слегка отпустил атаниса вниз, и наследник Атуба закричал от страха, потому как один из тигров с жадностью распахнул огромную пасть, подпрыгнув вверх, и едва не достал до пяток ребенка. Толпа ахнула от волнения, Атуб вскочил со своего каменного места, протягивая вперед руки.
- Мы ничего не знаем о судьбе княжича, - вновь повторил советник, удерживая своего владыку у края возвышения, на котором стояли вельможи тинголов.
- Отпусти его, Ланс, - совсем рядом раздался просительный голос Ведимира, - мальчик же совсем мал, еще меньше Сигиря. Посмотри, какой ужас ты на него навел.
Другой зверь вдруг запрыгнул на спину своего товарища и встал на задние лапы. Акробатический элемент хищника еще более взволновал публику. Люди завопили. Особенно резко раздавались женские крики. Не ожидал такого исхода и колдун. Хищник царапнул когтями по зависшей в воздухе ноге, но Ланс уже отвел атаниса в сторону, а после перенес перепуганного мальчика за боковые заграждения, опуская его на руки мужчин и женщин.