Едва униаты успели спрятаться за валуны, как из леса вышел молодой высокий парень. Он был темноволос, но светлая кожа отличала его от смуглых тинголов. Фез, решил Ведимир. Из племен союзников темными густыми волосами и глазами на восточных соседей походили как южане-полоры, так и северяне – воличи и сириги. Но по широким скулам незнакомца, князь безошибочно различил его происхождение. К тому же об этом говорила одежда странника: крестьянский потрепанный наряд светло-коричневого окраса, легкая кепка на голове, плетенная из древесины обувка для недалеких переходов, пустое лукошко, что он сжимал в ладони, и палка, которой разгребал листву на тропе.
- Солнце светит, - заговорил на языке фезов Ведимир, приветствуя путника, который от удивления точно вкопанный замер перед князем. Около бедер на пыльных брюках велеса блестели ножны меча, и именно к ним был прикован испуганный взгляд крестьянина. – Куда путь держишь, молодец?
- Светит ярко, - дребезжащим голосом ответил фез.
- Так куда ты собираешься? Я, видишь ли, отстал от своих попутчиков и заблудился. Не подскажешь, как выбраться из этих мест?
- Город в другой стороне, - волнение странника сменилось подозрительностью.
- А ты откуда идешь? – все допытывался Ведимир. – Я нездешний, но попутчики вели меня от ближайшего селения … название уж позабыл… - Он приложил пальцы ко лбу, как будто пытаясь освежить негодную память, но собеседник не спешил договаривать за ним слова.
- Знаю, что нездешний, - буркнул фез в ответ. – Иначе бы не сунулся сюда.
- Слушай, парень, изголодался я, у тебя случаем нет, чем заморить песнь живота? И устал я очень…
- Уже отдал всё. Пустой я.
- А кому отдал?
- Не твое дело.
- Ты дорогу мне все-таки укажи, - резким и повелительным тоном проговорил Ведимир, дивясь дерзости одиночки, как будто и позабывшего о том, что у князя был меч, а у того лишь кривой посох в руке.
- Если в город выйти, то, говорю же, возвращаться тебе надо. Проведу, коль хочешь, здесь тебя все равно звери сожрут да птицы склюют, потому как не выберешься из дебрей.
- А что это за дебри?
- Темные места, нечего здесь бродяжничать. Твои приятели видать уже угодили в одну из ловушек.
- Ты яснее скажи, дружище.
- Мне униаты не други и не враги. Ступай следом, коли хочешь живым остаться. А коли нет, не заслоняй мне дорогу.
- Быстро же ты меня опознал. Может и о себе расскажешь? Отчего это ты не боишься ходить темными тропами среди развалин?
- Не твое дело. Я тоже не желаю здесь долго задерживаться. До заката успеть бы покинуть проклятые места. Звезды не восходят за Стеной Истины.
- И что по ту сторону этих краев, на востоке?
- Не знаю. Нет туда выхода.
- Что же ты делал в этих опасных и темных лесах? – громкий голос колдуна раздался позади сурового путника, и он слегка отпрыгнул в бок, оглядываясь на человека, приблизившегося к нему со спины. Ланс бесшумно покинул укрытие и подошел к брату. Он был спокоен, однако едва глаза колдуна уловили испуганный взгляд феза, лицо морийца напряглось, озаряясь при этом неведомой силой. – Отвечай четко, откуда и куда ты направляешься!
- Я не могу, я не могу сказать вам, - отступая в высокую траву, пробормотал парень. Он вмиг побледнел от ужаса, отразившегося в его расширенных зрачках. – Он запретил мне говорить об этом.
- Кто он? – задал вопрос колдун.
- Я не знаю.
- Это человек? Он стар или молод?
- Вроде человек, во цвете сил. Только не говорите ему, что я с вами виделся. Прошу, не говорите! – парень все отступал назад и, случайно споткнувшись о кочку, повалился на землю.
- Что он хочет от тебя?
- Ничего. Я просто приношу ему еду. И все. А теперь я должен подкармливать еще его мальчишку…
- Какого мальчишку? – встрепенулся Ведимир, нарушая допрос брата. – Как давно, ты заметил в этих местах мальчика? – Оба сына Лиссы нагнулись над лежавшим человеком, ожидая его слов.
- В последние мои приходы у него появился мальчик. Совсем светлый, как ты, - фез кивнул в сторону князя. – Больше я ничего не знаю. Хозяин не разговаривает со мной, он лишь благодарит за помощь и велит помалкивать.
Ведимир протянул руку незнакомцу, чьего имени до сих пор не узнал, и помог ему подняться на ноги.
- Как тебя зовут, фез? – спросил князь человека, который подарил своими словами его сердцу надежду. – Я не смогу нынче ничем отблагодарить тебя за помощь, но поверь, если ты окажешь нам еще некоторые услуги…
- Я не могу с вами торчать тут, - видимо, воздействие колдовских чар уже спало, и встречный путник вновь злобно поглядел на окружавших его людей. На велеса, потом на колдуна. – Похоже, что ты потерял не всех своих друзей, униат.
Не обращая внимания на косые взгляды незнакомца, Ланс обратился к Ведимиру, отводя того в сторону:
- Я думаю, что он говорит чистую правду. В этих местах не столь уж безопасно, тем более в темноте. Однако я должен разузнать, про какого хозяина упоминал этот бродяга…
- У него может быть Сигирь, - воскликнул князь.
- Вот именно, поэтому я пойду далее, чтобы добраться до самой сути. Вам же следует возвращаться к реке вместе с этим провожатым. Пойми, Веди, люди очень ослабли, и кто знает, что за прием устроит нам незнакомый владыка этих краев. Но у вас есть шанс выбраться к людским поселениям, где можно просить о теплом ночлеге и горячей еде. Я колдун, я выдержу еще много лишений. После я разыщу вас на берегу.
- Ты как всегда прав, брат. Нам не следует углубляться в эти леса. Я отошлю прочь детей вместе с Елизаром и Наиром, а сам же пойду с тобой. Это слово князя, - метнул он решительный взгляд на Ланса, как только тот приоткрыл рот, чтобы возразить.
Ведимир повернулся обратно к фезу, который, по-прежнему, с недоверием глядел в сторону воинов. Но человек не порывался уйти, терпеливо дожидаясь решения чужаков.
- Ты укажешь нам путь к своему хозяину, а после проведешь моих людей в город. Только так, чтобы их не заметили тинголы.
- Если захочет, хозяин сам тебя найдет, а если не захочет – ты его вовек не сыщешь!
Князь пропустил мимо ушей презрительный смешок из уст феза. Он громко позвал Елизара с боярином и поведал им о необходимости разлучиться на время. Мужчины не стали противиться воле вождя, и только юный Тсандир попросил разрешение остаться вместе с князем и колдуном.
- Ты очень храбр и отважен, Тсани! – улыбнулся юноше Ведимир. – Потому-то твое мужество и опыт понадобятся больше для возвращения на родину. Позаботься об отце и ребятах, - он дружески похлопал парня по плечу. – А эти развалины мы обследуем с Лансом в одиночку. Не ждите нас в Шафри. Постарайтесь отыскать купца Брина Дагула. Если он уже прибыл в город, то непременно поможет вам. Елизар, - князь серьезно посмотрел на дружинника, - остаешься за старшего. Я верю, что Ратмир живым добрался до родных земель, надеюсь, что и ты встретишь нас невредимым в Деряве. Берегите себя! Пусть гралы сопутствуют вам в пути!
- Отдай им меч, - тихим голосом посоветовал Ланс. – Некоторое время это будет их единственным оружием, на него к тому же можно выменять немало монет, а деньги пригодятся, чтобы без задержек пройти по городу и его окрестностям. Я сумею защитить нас от любой опасности даже без холодного клинка.
- Но… - Веди был немало смущен услышанным словам. Он не имел право расстаться с мечом, что вложил в его ладони отец - великий князь. А предложение продать столь дорогое оружие в другом месте велес воспринял бы не более как неудачную шутку, однако теперь он не знал, что ответить колдуну. – Я оставлю меч, лишь когда мой прах опустят в могилу. Иначе я не достоин титула князя…
- Если ты зовешь себя даже в этих краях князем велесов, - резко ответил чародей, - то ступай к своему народу вместе со своими людьми. Негоже князю в одиночку разыскивать следы малого брата вдали от родины, на которую вскоре обрушится гнев атана.
Тяжелый взгляд брата заставил Ведимира потупить глаза. Он сделал выбор уже давно, еще в столице, едва решился отправиться в далекий поход. Он двинулся за своим братом и должен был пройти этой дорогой до самого конца, пусть завершалась она тьмой и глухим тупиком. Как ни манили князя предсказания о будущем, в котором он со славой и победой возглавлял свой народ, а также все униатские племена, пришлось давно сознаться: ничто не давалось без труда и упорства, чести и риска. Если он отступится сейчас, разве хватит сил и воли достойно завершить уготованный гралами жизненный срок, каким бы неровным, прославленным или неведомым его народу он ни оказался. Среди изможденных людей в чужой земле Ведимир давно перестал быть князем, было глупо настаивать на другом, лишь бы сохранить величественный вид в их глазах. Он неспешно отстегнул от пояса крепкие ножны и протянул их Елизару: