С проводником всё понятно: друзья врагов — тоже враги, пусть и они убьются об имперских карателей. Но вот нам такой расклад совершенно не нужен: местные, почуяв угрозу, способны объединиться, после чего воевать придётся уже со всем хребтом — даже с теми, кто могли стать нашими активными союзниками. Или хотя бы уверенными нейтралами. Как ни крути, а мы, в отличие от бандитов и покровительствующих им Ван, — чужаки в этих горах. И никакой поддержки среди местных жителей не имеем.
А она нужна. Ведь в ином случае можно вместо наглых бандитов получить мстительных горцев, которые станут терроризировать тракт с кратно большим ожесточением, чем сейчас, и от которых заметно сложнее избавиться. Вот и приходится проявлять терпимость и использовать дипломатию там, где в иной ситуации на все вопросы могли ответить мёртвые.
Политика!
— Нам не обязательно расправляться со всей деревней… — начала было рыжая, но резко замолчала.
Вряд ли сокомандница, как я, вспомнила о политике; вероятнее, задумалась над трудностями, что неизбежно последуют при попытках сохранить жизни нонкомбатантов из уничтоженного племени. Акира не любила резать беззащитных. Но устранить боеспособных мужчин племени — означало обречь «помилованных» членов их семей, лишённых защитников и кормильцев, на незавидную участь. В итоге жажда справедливости, разгоревшаяся в сердце рыжей, схлестнулась с жалостью к невинным и беспомощным детям. Всё же наши союзники из центральных провинций ещё не успели подтянуться к горным трактам, пока занимаясь улаживанием возможных проблем с главами крепостей и гарнизонов, которые могли бы ударить в спину «обнаглевшим беспредельщикам из Центра», нагло вломившимся на подведомственные земли.
Есть ещё люди наместника, но эти по большей части занимались тем, что всячески искушали и соблазняли местную оппозицию роду Ван — если не открыто напасть на род-гегемон, то хотя бы заблокировать часть его сил в случае возможного конфликта. Соответственно, поручить конвоирование остатков горского племени нам некому, а самим заниматься — нет времени.
— Но ведь нужно что-то делать! — наконец воскликнула она, не придя ни к каким определённым выводам.
— Очень нужно, — серьёзно покивал Кей, — применить эту отличную затею в Столице! — закончил он, широко ухмыляясь.
Парню тактика горцев (и в некоторой степени потворствующих данной ситуации Ван), очевидно, понравилась. Ведь благодаря ей в городах, прилегающих к восточному (для жителей востока — Западному) хребту, столь редко встречаются попрошайки, воришки или подозрительные нищие бродяги.
Один сброд очищает города от другого — что может быть лучше?
Понимания со стороны других членов группы задумка шутника, впрочем, не снискала: Бэйб неодобрительно качнул головой, Ямато поддержал его позицию коротким «плохая идея», а Акира и вовсе стукнула разошедшегося прожектёра. Мне концепция использования простаивающего трудового ресурса пусть и нравилась… но отдавать «тунеядцев» мутным полубандитам? Нет уж!
Пускай лучше дороги ремонтируют или новые пути строят, как безработные американцы во время их Великой депрессии*. Это принесёт куда больше пользы, чем обогащение всяких местечковых шишек за счёт рабского труда.
/* — когда Великая депрессия захлестнула США, толпы безработных заполнили улицы городов. Можно было ограничиться выплатой пособий, окончательно добивая и без того дефицитный бюджет. Но президент Рузвельт нашел изящный выход из сложившейся ситуации: он воплотил в жизнь национальную программу строительства дорог. Тем самым одним выстрелом были убиты сразу два зайца — люди получили работу, позволяющую не умереть с голоду, а страна мощную логистическую инфраструктуру, стоившую относительно небольших денег.
P. S. Во избежание споров на политические темы добавлю: автор знает, что там всё обстояло да-алеко не столь красиво, а во многом вполне себе по-людоедски — чего стоит одно только уничтожение избытка продовольствия ради сохранения цен, и это на фоне голода, ага — но Куроме (а точнее, Виктор) помнит лишь про дороги./
Правда, тут же вставал вопрос: как заставить наше дорогое правительство воплотить данную идею в жизнь? А ещё желательно заставить его построить не только привычные сухопутные тракты, но и железнодорожные пути. Их конструкция и технология прокладки уже доведены до ума инженерами, работающими на моих предприятиях (формально они принадлежат какому-то новоиспечённому главе рода дворян-промышленников, завербованному Счетоводом, но это частности), и теперь пылятся в закромах новообразованного концерна.
Конечно, благодаря монстрам, которые патологически недолюбливают шумные и вонючие порождения индустрии, проложить железку получится далеко не везде. И даже там, где получится, сие вызовет определённые сложности. Но это может разом повысить транспортную связность внутренних регионов Империи, что со всех сторон хорошо.
Для страны, но не для конкретных власть имущих.
У меня, конечно, есть некоторое влияние на наместника, но кишащий монстрами Северо-восток — далеко не самое благоприятная территория для обкатки новых идей в области железных дорог. Проще попробовать продвинуть идею на северном фронте, ведь тянуть линии снабжения через быстренько проброшенные узкоколейные пути — гораздо быстрее и приятнее, чем тащить тяжёлые пушки, снаряды и прочее нужное на санях, утопая по колено в снегу или (тем более!) в весенней грязи. Надеюсь, наши лоббисты в рядах минобороны и отправившиеся на Север торговые агенты таки смогут протолкнуть интересы одной патриотичной волшебницы, которая по совместительству ещё и подпольный миллионер.
Или мои активы пока измеряются лишь сотнями тысяч?
Хм… наверное, последнее всё-таки ближе к истине. Надо потом стрясти со Счетовода общий финансовый отчёт. Бухгалтер он или кто?
Так-то мне на жизнь и зарплаты хватает, но интересно же! Да и создаваемый перед верхушкой Империи образ — достаточно тщеславен и не лишён тяги к роскоши. Вероятно, придётся по возвращении в Столицу обзавестись более впечатляющим недвижимым имуществом и прочими «якорями», которые (по мнению начальства) не дадут мне всё бросить и перейти на сторону мятежников. Наркотического поводка уже нет, ментальные закладки приказали долго жить (хотя не знаю — в курсе ли командование о данном факте?) и, по сути, на меня даже надавить-то нечем, если взбрыкну.
Разве что действовать через Отряд. Но давить на сплочённых и сильных Воинов Духа, ветеранов тайных войн и опытных убийц — так себе идея.
А у столичных шишек после завершения достаточно яркого выступления группы А на Северо-востоке может появиться желание повысить уровень контроля над опасным инструментом. Как-то не хочется на своей шкуре узнавать, что им придёт в головы. Конечно, есть вероятность, что единственного Мастера на службе разведке попытаются привязать через «пряник», но вспоминая ныне мёртвых «гениев» вроде Клауса, его начальника Маркуса и предшествующего последнему Билла…
М-да.
Приятно верить в разумность абстрактного человечества. Но на конкретном жизненном пути мне что-то всё больше безмозглая говорящая плесень попадается. Да, знаю, это типичная профдеформация: начальство не посылает нас туда, где всё хорошо, мирно и разумно устроено, а люди счастливо трудятся на благо Империи и самих себя. Убийцы на зарплате всё больше с бандитами имеют дело. А ещё с жадными рвачами, спесивыми дворянчиками, проворовавшимися чиновниками и прочей человекоподобной нечистью. В лучшем случае — с простыми людьми, отупевшими не от зажиревших мозгов и привычной безнаказанности, а от тяжёлой работы и полуголодной жизни.
Может, потому я и уцепилась за счастливо найденную семью: такой приятный контраст на привычном-то фоне…
Но вообще, как показывает практика, лучше рассчитывать, что власть имущие проявят свои худшие качества. Это позволяет подготовиться к неприятностям — ну, или приятно удивиться, если ожидаемые неприятности обойдут стороной.
Глава 10 часть 2
За то недолгое время, что у меня ушло на отвлечённые размышления и изучение окрестностей, между ребятами успел разгореться спор. Акира, призвав на свою сторону Бэйба, настаивала на немедленной атаке: мол, следует освободить работников-невольников, а также арестовать или убить всех горцев-надсмотрщиков. Будем мы с ними договариваться или нет, но терпеть существование подобного безобразия никак нельзя!