Притом почти без трупов с их, беглецов, стороны, что кратно сложнее простого убийства.
Молодцы! Обязательно составлю прошение на представление всех своих подчинённых к премии и благодарности с занесением в личное дело! Мелочь, конечно — но, как говорится, доброе слово и кошке приятно. Нас же на Базе положительным подкреплением и вовсе не баловали: всё кнут да кнут.
Тем временем мой визави, ловко орудуя левой рукой и помогая ей замотанной в бинты правой, быстро насыщался. Заметно, что он, пусть и пробился наверх, но начинал, так сказать, с низкого старта. Что играло мне на руку и послужило одной из причин, по которой данная мирная встреча вообще состоялась.
— Итак, что всё-таки хочет узнать имперская разведка и лично самая известная из её убийц у простого полковника? — отложив столовые приборы, светски — насколько это у него получилось в данных обстоятельствах — поинтересовался воитель, настороженно глядя на одно из имперских чудовищ, имеющее обманчивую внешность невысокой девочки даже младше его дочери.
— Не стоит прибедняться. Всё же вы в первую очередь признанный Мастер боя, один из считанных десятков в вашей стране — и лишь потом один из сотен или даже тысяч полковников.
— Я верен своей стране, — неправильно истолковав подтекст, нахмурился чуть расслабившийся после еды воитель. — Если вы надеетесь, угостив меня пищей, вытащить секретную информацию, то можете прекращать это представление. И учтите: пытки вам тоже не помогут.
— Не сомневаюсь, — «что правильные пытки быстро заставили бы тебя говорить со-о-овсем по-иному», — изобразив вежливую улыбку, добавляю мысленно. — Поэтому, как я уже сказала, никто не станет пытаться вытянуть из вас неизвестную нам секретную информацию… которой вы всё равно не владеете. Как не станут пытаться вас завербовать. Ни мягким, ни тем более жёстким способом. Я просто хочу поговорить. Как один Мастер Боя, верный родине, с другим таким же.
— Я вас не понимаю, — настороженно проговорил мужчина.
— Это вполне взаимно. Я тоже не понимаю, на что надеется ваше руководство, ведя королевство к катастрофе, — кивнула я, сделав небольшой глоток чая. — Или вы не согласны с моей оценкой ситуации?
— Принц Сейка знает, что делает. Он сумел освободить нашу страну из-под имперского ига и даже нанёс Империи ответный удар! — в глазах визави блеснул огонёк почтения и преклонения перед «героем-освободителем».
Не очень приятно, но ожидаемо: все любят победителей.
Пока они побеждают.
— Вот в этом и проблема. Когда Сейка вышвырнул из королевства наместника вместе с его шайкой — он понимал, что делал. Когда ваше государство национализировало большую часть имперских предприятий на своей территории, это тоже являлось обдуманным шагом, пусть и довольно рискованным. Возможно, даже массовые казни рядового состава имперских гарнизонов имели какой-то смысл. Хотя мне убийство ваших же граждан, с позволения вашего короля давших присягу Империи… не совсем понятно, аккуратно выражаясь. Но вот прямое нападение на метрополию, — качаю головой. — Это крайне опрометчивый шаг, за который будет расплачиваться не один Сейка, но и миллионы непричастных к такому решению северян.
— Ваша Империя — колосс на глиняных ногах, — без особенной ажитации, со спокойной уверенностью в голосе ответили мне. — Наш командующий фронтом и его… приближённые допустили ряд ошибок, а вы, наоборот, в этот раз сработали очень хорошо. Поэтому победа за вами. Но только здесь и сейчас. Империя прогнила и не в состоянии эффективно вести войну. Стоит всем в этом убедиться и на неё набросятся со всех сторон, чтобы разорвать на клочки. Как Мастер Боя, верный своей родине, я так считаю.
— Что у вашего предводителя не отнять — это умения работать над привнесением нужной ему политинформации в головы солдат и офицеров. Удивительно! Вы и ваши люди искренне верите в непобедимость Севера. Даже находясь под прямым руководством Алана "Солнечного Кретина" Фольца. «Военного гения», который сначала не смог взять крепость, охраняемую десятикратно меньшим числом солдат, — насмешливо качаю головой. — А потом, после встречного удара со стороны парней Джона, усиленных мной и моими ребятами, и вовсе жидко обделался. Ваш национальный герой, видимо, очень харизматичный человек, раз вера его сторонников не пошатнулась даже здесь и сейчас, после столь наглядных событий. Да и как военный тактик он, по слухам, хорош. Однако стратег и политик из него… не очень.
Северный Мастер несогласно вскинулся, но, несмотря на всю свою прямоту, протестовать вслух не рискнул. Понимал, что его с сослуживцами судьбы находятся в моих руках, поэтому старался не дразнить гусей. Ну, настолько, насколько это получалось у обладателя его склада характера.
— Вижу, вы со мной не согласны и желаете объяснений?
— Уж потрудитесь, если это разговор, а не глумление над поверженным и беспомощным врагом, — прохладновато отозвались мне.
— Разговор, — улыбаюсь. — Я даже похвалила вашего полководца, разве так глумятся? И можете назвать меня наивной, но лично я не считаю врагом ни вас лично, ни ваше королевство. Только его правящую элиту. — «Как, впрочем, и имперскую», — добавляю мысленно. — Да, у нас сейчас конфликт с вашими «ястребами». Прекрасно понимаю, почему он возник: Имперская политика в последние десятилетия — весьма удручающее зрелище. А у вас, благодаря бывшему наместнику Биросу, которому я, будь моя воля, даже солдатским сортиром командовать бы не доверила, это только усугубилось. Не буду теоретизировать, могло бы всё сложиться лучше или нет, вокруг нас данность. И вы, и я, как люди дела, привыкли работать с тем, что есть. Однако как особа, вхожая во Дворец и в некотором роде сопричастная к власти, должна заметить: его Императорское величество считает, что в будущем сотрудничество предпочтительнее для обеих сторон. Война не принесёт ничего хорошего ни вам, ни нам. Поэтому чем быстрее наступит мир, тем лучше будет для всех, — сказала я почти чистую правду.
В одном из наших разговоров мелкий Импи высказывал что-то наподобие: «Зачем они с нами воюют? Лучше бы присоединились и стали новым регионом», — правда, контекст его слов… Это точно не являлось заявлением о новом внешнеполитическом приоритете.
Но если в Столице попробуют докопаться до этих предназначенных северянам слов, то ответить будет чем — благо что я планирую вернуться туда Внерангом, поэтому слишком сильно давить на меня не станут. А если нет, то слухи о «фракции Императора» станут распространяться по северной части континента и вовсе беспрепятственно.
Сделав небольшой перерыв, чтобы съесть печенюшку и выпить немного чаю — которого я подливала себе и собеседнику из заполненного на две трети термоса — начинаю своё повествование:
— У Империи действительно сейчас проблемы. И поступай все вовлечённые так, как хотелось бы вашему «Герою Севера», то у королевства и впрямь появился бы шанс стать державой первого эшелона, наравне с Западным Союзом и центральной Империей, если та вообще сумела бы сохранить свою государственность.
Кривая усмешка обозначила степень моей веры в то, что мир подстроится под хотелки поднявшего мятеж северного князька.
— Но западники не хотят сбросить гегемона, оставив вершину пустой. Они стремятся занять его место. И конкуренты им не нужны — в отличие от сырьевой колонии. Причём на условиях, быть может, даже худших, чем было при нынешней Империи, со всеми её ошибками и перегибами. Всё-таки Империя, при всех её многочисленных недостатках, не дошла до того, чтобы напрямую преобразовывать людей в силу и богатство своей элиты. Это я про западных алхимиков и их Священные семьи, если вы не поняли, — сделав глоток из чашки, поясняю на недоумённый взгляд. — Их умения в человеческой алхимии-химерологии, а также работе с тварями из-за кромки — отнюдь не имперская пропаганда, к глубокому сожалению. И относительная сдержанность в данных направлениях — не в последнюю очередь заслуга договоров с ненавидимой вами Империей, порождённых длительной историей войн и применения тогда ещё не попавших под запрет наработок. Если эти договорённости внезапно исчезнут вместе с нашей страной… В этом ракурсе словосочетание «человеческий ресурс» приобретёт формы очень, хм-хм, интересные для красноголовых чернокнижников. И вместе с тем очень грустные для всех остальных.