— Всё хорошо, — повернулась брюнетка к погрузившемуся в свои мысли спутнику. — Сестра оставила сообщение без предупреждающих знаков. Нам туда, — указала она рукой в сторону симпатичного двухэтажного особнячка из красного кирпича, прячущегося за невысоким каменным забором и выстроившимися параллельно первой ограде рядами единообразных елей, укрытых аккуратными снежными шапками.
— Хм. Думал, что нам придётся идти дальше. В место… — последовавший за устремившейся вперёд напарницей мужчина неопределённо шевельнул кистью, — попроще.
Акаме тем временем добралась до ворот в ограде около территории предполагаемого места встречи и нажала на кнопку звонка.
Не успела девушка убрать палец, как из открывшейся двери здания показалась невысокая фигурка, которая, ненадолго застыв в пороге, двинулась вперёд по мощёной дорожке с выстроившимися вдоль неё деревцами.
Булат заметил, что Куроме тоже насторожена: поглядывает на возвышенности и старается держаться в стороне от немногочисленных — он бы не удивился, узнав, что такое место подобрано специально — открытых для возможного снайперского огня зон. Заметил и странным образом успокоился, наконец, внутренне поверив, что всё пройдёт хорошо.
Он широко улыбнулся и показал сестре Акаме большой палец.
Впрочем, обе девушки сосредоточили всё внимание друг на друге, поэтому бывший офицер подозревал, что его жест не заметили. Оставалось лишь порадоваться за двух родственниц, которые не разорвали свою связь даже несмотря на судьбу, раскидавшую их по разные стороны баррикад.
На душе бывшего офицера потеплело.
* * *
Вдоволь наобнимавшись с сестрой и не забыв поздороваться со всё ещё несколько напряжённым, но уже начавшим расслабляться Булатом — наверное, не стоило так пристально изучать его через глаза вороньих дронов — я, демонстративно повернувшись к парочке спиной, проводила гостей внутрь.
Куда делась моя паранойя? Собственно, никуда. Я смотрела вокруг множеством глаз, в том числе и на идущих позади гостей из враждебной государству революционно-террористической организации. С другой стороны, я прекрасно знала сестру... и за время нашей первой встречи в Сингстриме смогла неплохо понять Булата. В теории они могли прийти меня убивать, но тогда вели бы себя по-другому. И укрыть от моей эмпатии злые намерения им бы не удалось. Конечно, Булат несколько напрягал своей нервозностью, чем заставлял плотнее использовать немёртвых ворон и смотреть на него и округу внимательнее, тем самым заставляя мужчину нервничать сильнее, да. Но теперь, сумев просканировать парочку напрямую, я поняла, что нехорошего они не умышляли и информацию обо мне не сливали.
Так-то что Акаме, что её спутник вообще не относятся к тем людям, которые по своей инициативе станут делиться чужими тайнами. Тут скорее стоял вопрос любопытных коллег по организации, кои могли сунуть нос туда, куда их не просят, и убедить парочку из наивной убийцы и простоватого вояки в том, что «ради блага революции нужно…». Но так как Леоне — благодаря своему чутью и слуху наиболее опасная в этом плане — после того, как ей немного пустили кровь, оказалась вынуждена умерить свою активность (как, впрочем, и весь Ночной Рейд, напуганный возможностью облавы от имперских воителей), то уровень потенциальной угрозы можно снизить.
Полагаю, данная не по силам наглая кошкодевочка с выдающимися, кхем, глазами ныне вместо того, чтобы шататься по Столице и сверкать своей возможно засвеченной перед органами физиономией, грустно (или злобствуя — что, учитывая её темперамент, куда вероятнее) сидит на базе Рейда и отрабатывает навыки исцеления духовно-физических ран на нанесённых мною обидных царапинах.
Надеюсь, хоть не пьянствует. Всё же я макнула её в собственную слабость не для того, чтобы противница впала в депрессию, а наоборот — дабы мотивировать к развитию. Мне нужен сильный Рейд, способный сыграть запланированную для него роль.
Не сказать, что я верю, будто самоуверенная блондинка до сих пор страдает от полученных в нашей схватке физических, духовных и эмоциональных травм. Тейгу и без усилий со стороны пользователя полностью уберёт вырезанную на коже надпись и дырку в животе недели за две-три (это максимум, даже с хорошим таким запасом). Характер же фигуристой «нэки», насколько я смогла его понять из личного общения и просмотренных в прошлой жизни аниме и манги, не предполагает склонности к долгой печали. Главное, чтобы означенная лёгкость нрава не позволила вообще выкинуть произошедшее из головы и вновь начать пьянствовать и шататься по городу в сомнительных компаниях.
Впрочем, глава Ночного Рейда обязана отреагировать на такое громкое (и, что важнее, не запланированное ею) событие, посадив бедовую подчинённую на короткий поводок. Как минимум до выяснения подробностей дела.
Остальные рейдовцы… Сомневаюсь, что кто-то из подчинённых Надженды, кроме отлично ориентирующейся в столичной застройке обладательницы улучшенных органов чувств, сумеет проследить за профессиональной убийцей и бывшим армейцем, прошедшим войну с уважающими партизанскую тактику южанами. А ещё Булат может становиться невидимым, да. Теоретически Майн могла бы использовать прицел своего снайперского тейгу для слежки издалека. Но я специально выбрала место, подходы к которому плохо видны и нормально просматриваются лишь с нескольких позиций… где оставлены не опасные, но яркие и довольно громкие сюрпризы в виде сигнальных мин.
Но опять же: сама розоволосая, по личной инициативе, не полезет преследовать ушедшую на задание парочку. И тем более поленится следить за маршрутом их возвращения с миссии. А Надженда, которая могла бы приказать кому-то из своих подчинённых поиграть в шпионов, или Леоне, возможно, способная их подговорить, не имеют причин подозревать Булата и Акаме, чтобы организовывать слежку. А если даже Одноглазая что-то подозревает — хотя с чего бы? Акаме скрытна и молчалива, да и Булат, как я поняла, не склонен болтать себе во вред, — то настолько опрометчиво действовать не станет.
Слежка за своими, особенно в таких полуанархических образованиях, как ночной Рейд, чревата неприятными вопросами, подозрениями и разладом внутри команды. Бывшая генерал, при всей моей к ней нелюбви, женщина умная — значит, и действовать станет аккуратнее, избегая столь топорных методов, как прямая слежка… скорее всего. А ещё, кроме Ночного Рейда, существует ещё и вторая группа убийц, куда входит Челси — обладательница тейгу перевоплощения — слабая, как боец, но великолепная в роли разведчика и тихой убийцы.
Собственно, помимо прочего, эта встреча внутри стен города также имела побочную задачу: проверить наличие или отсутствие неучтённых любопытных, а также личностей, осведомлённых о наших с Акаме отношениях. Но об этом я сестре и её… другу? — конечно, не скажу.
Не хочу снова стать «реакционеркой, оговаривающей Движение Освобождения и их друзей».
Открыв дверь и пройдя внутрь дохнувшего тёплым воздухом помещения, я сбросила небрежно накинутое на себя пальто обратно на вешалку и сняла ботинки.
— Если хотите, можете взять тапки на той полке, — махнув рукой в указанную сторону, произношу я и неторопливо двигаюсь дальше.
— Куроме, ты сказала, что с тобой будет спутник, — обратилась ко мне Акаме, скинувшая свой тёплый плащ, стянувшая с шеи шарф и оставшаяся в тёмно-бордовой блузке, короткой юбке и плотных чёрных колготках. Ну, и с мечом на поясе, куда без этого? — Это Натал? — в алых глазах сверкнула искорка предвкушения и любопытства. — Я буду рада снова с ним увидеться и поговорить, — сказала девушка, выуживая из внутреннего кармана плаща свёрнутую в трубочку газету.
— Натал выбыл, — коротко отвечаю, не собираясь вдаваться в подробности о том, что друг умудрился выбыть не посмертно, а по самому благополучному варианту, сохранив и здоровье, и даже артефактное оружие.
— Прости, — сестра опустила глаза.
— Ты не виновата, — ещё один короткий ответ, призванный показать, что я не горю желанием развивать тему. — Тем более я писала, что с моим сегодняшним компаньоном будет интересно поговорить Булату.