Толпа курсантов поначалу замялась, но вскоре под крики майора Хартмана и нескольких его помощников всё же смогла развернуться и побежать. Спортивный зал, скрытый в недрах Академии КСБ, вскоре наполнился топотом и тяжёлым дыханием. Едва освоившиеся на новом месте курсанты просто бежали вперёд, сначала один круг, затем второй.
К третьему начали появляться первые отстающие. На четвёртом их стало больше.
К десятому на ногах осталось меньше десятка бегунов.
— Закончили упражнение! — без всякого усилителя голоса, майор прокричал так, что его услышал каждый в немаленьком зале.
Медленно идя вдоль лежащих вповалку и тяжело дышащих разумных, он дошёл до тех, кто смог выполнить упражнение до конца. Большинство прошедших первую проверку он узнал, ведь когда-то их отцы и деды точно также бегали здесь, но были среди них и незнакомые ему лица.
— Неплохо, — злобно оскалился майор, — в отличие от остальных, вы хоть что-то можете, а значит от наркоши с Нижних Уровней хотя бы сбежать успеете. Вижу улыбки на ваших лицах! Значит вы не устали! Отлично, начинаем урок рукопашного боя!
Группа помощников майора, что только что приводила в чувства выбывших живительными пинками, услышав команду, тут же оказалась рядом с прошедшими первое испытание. Дети офицеров КСБ, что уже знали о характере и методах воспитания майора Хартмана, встали в стойки, немногие из тех, кто не ожидал подобного выверта, лишь недоумённо переглядывались.
Встав напротив рослого забрака, курсант выпускник, что проходил подготовку как коммандос, а потому большую часть времени проводил в тренажёрных залах и симуляторах, оценил противника. Сильный, да ещё и выносливый, раз успел так быстро восстановить дыхание, впрочем, ничего удивительного, учитывая особенности его вида. Стойка явно любительская, но что-то может, а значит надо быть осторожней и не сильно калечить его.
Нанося первый удар, выпускник собирался проверить, как забрак отреагирует, но никак не ожидал, что тот сразу сам ринется в атаку. Такого наглеца стоит проучить, а потому щадить его сейчас нет смысла. Пусть лучше отлежится в медпункте, может мозги появятся.
Попытавшись взять в захват руку забрака, выпускник внезапно осознал, что руки на том месте, где она должна быть — нет, а к его голове приближается кулак. Только вбитые за время учёбы рефлексы позволили ему уклониться и избежать косого удара в челюсть. Попытавшись атаковать в ответ с неожиданного направления, курсант внезапно осознал, что его противник сам захватил его руку. Короткое мгновенье и колено забрака влетает ему в живот.
Пытаясь вдохнуть, выпускник медленно разгибается с ненавистью смотря на обнаглевшего первогодку. В жёлтых глазах забрака он видит веселье и азарт. Ну что ж, он покажет ему, почему его считают одним из лучших на курсе!
— Отставить! — прокричал майор Хартман, когда заметил уже третье падение одного из своих лучших учеников, — Представься!
— Курсант Бан-Дуар! — тут же вытянулся по струнке забрак, — Господин Майор!
— Кто учил тебя драться, курсант Бан-Дуар⁉
— Никто — сэр, там откуда я родом, ты или учишься драться, или тебя постоянно бьют, сэр!
— Неужели к нам пожаловал выходец с самого дна Внешнего Кольца⁉ Самой вонючей дыры, где или ты трахаешь, или трахают тебя⁉ Отвечай курсант, тебя уже драли твои дружки⁉
— Никак нет, сэр! Я родился и вырос на Корусанте, сэр!
— Значит местный, и что ты сделал, чтобы оказаться здесь⁉ Кому ты вылизал задницу, курсант⁉
— Никому, сэр! Только спас пятнадцать служащих КСБ из подбитого транспортника, сэр!
— Вот значит как, — в глазах майора мелькнуло узнавание, — тогда я займусь тобой лично! Чтобы в следующий раз ты вынес сто бесполезных мешков говна, что неведомым образом оказались в форме КСБ! Курсант Жереви, выбей из этого обнаглевшего куска говна, что слишком сильно развонялось, весь дух, пусть отдохнёт немного!
— Есть! — высокий и с бугрящимися под спортивной одеждой мышцами человек отошёл от стонущего на полу первогодки.
— Вот скажи мне, Кирр, оно того стоило? — спросил деваронец приятеля, что гордо шёл по коридору Академии с бакта-пластырем прикрывающем половину лица.
— Да фигня, — отмахнулся забрак, — меня иногда намного сильнее отделывали, особенно когда я оставался один на один с толпой.
— В весёлом ты местечке вырос, — покачал головой Ленвой, — мне и пробежки хватило, чтобы сдохнуть. Кстати, где ты умудрился, так бегать научился?