Выстрел не прозвучал.
Выждав пару секунд, словно не веря в "удачу", Джон убрал оружие и удивлённо поглядел на чёрный зрачок ствола.
— Ну и как это прикажете понимать? — хмыкнул он и сам же ответил: — Либо это просто случайность, либо те, кто свыше, настойчиво пытаются меня отговорить от непоправимого. Поздновато, не находите?
Стивенс немного поглядел наружу, ничего там не видя. Собственно, он не столько высматривал что-то, сколько размышлял.
— Что ж, — пришёл к выводу он, — я играю по вашим правилам, ребята. Если сейчас при тех же условиях я снова "промахнусь", тогда я одумаюсь, идёт? Вот и славно.
Он опять крутанул барабан, поднёс револьвер к подбородку и приготовился нажать на курок, когда что-то ударило в правую сторону машины, в районе передней пассажирской двери. Стивенс встрепенулся и увидел человека, прижавшегося к "Форду".
Словно что-то щёлкнуло в голове Джона. Кому-то нужна помощь, а он, несмотря на недавние события, всё-таки оставался полицейским. Поэтому он отложил револьвер и открыл дверь, чтобы выйти наружу.
Бешеный ветер с такой силой ударил по ней, что она снова закрылась. Чертыхнувшись, Стивенс перебрался на соседнее место и, напрягшись, открыл пассажирскую дверь.
С трудом пересилив стихию, он вышел из машины, ступив в пятидюймовый слой снега и почти ничего не видя из-за бешено мельтешащих снежинок. Что ни говори, а, сидя в салоне, невозможно осознать всю ярость подобной бури.
Когда он, наконец, смог рассмотреть человека, то с удивлением увидел, что это девушка. Очень красивая, с великолепными длинными каштановыми волосами, реальный цвет которых едва проглядывал сквозь снежную седину. Её лицо и руки заиндевели настолько, что она походила на фаянсовую статуэтку. Она крепко прижалась к "Форду" и не двигалась, словно любое, даже самое незначительное движение, могло нарушить шаткое равновесие. В этом она была недалека от истины — даже пребывающий в более-менее приличной физической форме Стивенс прилагал максимум усилий, чтобы не упасть. Оставалось лишь гадать, каким чудом девушка смогла добраться до автомобиля.
Впрочем, даже у чуда есть предел — судя по всему, сил у бедняжки уже не оставалось, иначе как объяснить, что она даже не попыталась открыть дверь автомобиля.
— Мисс! — остановившись вплотную к ней, крикнул Джон, пытаясь перекричать вой ветра. — Вы меня слышите?
Она медленно повернула голову к нему, но ничего не сказала.
— Давайте в машину — здесь просто ад! — он взял её за руку. Кейт тотчас же отстранилась от ледяного "Форда" и буквально схватилась за Стивенса, повиснув на нём без сил. Он едва не выронил её — проклятые порывы упорно толкали в ближайший сугроб, явно намереваясь сломить волю людей и похоронить их под снегом.
— Помогите… пожалуйста, прошу вас… — отчаянно заговорила девушка.
— Я и делаю это, мисс, — кивнул он, подтаскивая её к задней двери, чтобы иметь возможность открыть переднюю, "предусмотрительно" закрытую ветром.
— Пожалуйста… — простонала она, в то же время не делая ничего, чтобы помочь ему.
Через секунду Джон понял причину подобного бездействия — она потеряла сознание.
— Чёрт! — сжав зубы, проговорил он, хватаясь за ручку и дёргая её.
Дверь едва приоткрылась, удерживаемая стихией. Стивенс изловчился и поддел её ногой. Как только она отворилась на достаточное расстояние, он ввалился внутрь и увлёк бесчувственную Кейт за собой. Выбравшись из-под навалившейся на него девушки, он потянулся и плотно закрыл дверь, которую ветер лишь прикрыл. После чего перебрался на водительское место.
Включив обогрев на максимум, Джон, растирая ладони, взглянул на девушку. Она съёжилась на сиденье, сильно дрожа.
"Интересно, кто она такая? — подумал он, неотрывно смотря на Кейт. — И что делает здесь, в этом заброшенном городе? Почему она одна? Почему так легко одета? Почему на ней мужская куртка? Почему она без собственной машины?"
Вопросов у Стивенса было хоть отбавляй, однако он не собирался приводить девушку в чувство. Пока.
Он взял револьвер и убрал его в "бардачок".
— Похоже, вы победили, ребята, — сказал в пространство он.
"Блейзер" выехал, наконец, на шоссе и устремился прочь от города, двигаясь явно быстрее, чем стоило в таких скверных погодных условиях. Ричард щурился, пытаясь хоть что-то разглядеть в беснующемся белом месиве, против которого мечущиеся стеклоочистители были бессильны, а Джейсон снова и снова просматривал сделанные в Стар-Сити фотографии.
— Ума не приложу, — поведал он. — Я, конечно, ожидал чего-то необычного, но настолько…
— Ты же сам говорил, что в этом городе техникой лучше не пользоваться.
— Да. Только я имел в виду вовсе не это. Надеюсь, как только мы выедем за пределы тридцатимильной зоны, фотографии не исчезнут или не станут обычными.
— Я тоже. Иначе вся эта поездка окажется пустым занятием.
— Уверен, за эти снимки нам отвалят кучу денег, — кивнул Джейсон и просиял: — Мы ведь даже можем выдать их за реальные!
— Это как? — оторопел Ричард.
— Очень просто. Скажем, что всё это мы видели собственными глазами и еле удрали от того гигантского паука, будь он неладен.
— Брось, нам не поверят.
— Нам — может быть, а вот тому, что в памяти этой штучки, — Харпер помахал фотоаппаратом, — ещё как поверят!
— Ну, не знаю…
— Ты только держись меня, и мы раскрутим это дело! — обнадёжил его Джейсон.
— По рукам, — без особой радости произнёс Стоквелл.
— А если… — задумчиво произнёс Харпер и, не договорив, включил видеозапись на камере. Направив её на окно, он снимал тридцать секунд, после чего тотчас включил просмотр.
— Чтоб я сдох! — выдохнул он.
— Что? Что там? — засуетился Ричард.
— Ты на дорогу смотри!
— Я тоже хочу видеть, — он нажал на тормоз, сбросив скорость до пятнадцати миль в час, и перевёл взгляд на дисплей.
Не прошло и секунды, как он выдохнул:
— Бог ты мой!
Мужчины, замерев, смотрели, как большой, зловеще чёрный смерч, чуть наклонившись вперёд, быстро двигался параллельно их машине. В кадр попала и часть интерьера "Шеви", но этим сходство с реальностью ограничивалось: всё остальное было словно искусным монтажом — даже ночь сменилась на день, не говоря уже про лето вместо зимы.
— Это что — прошлое? — спросил Стоквелл.
— Чего? — сбросив оцепенение, отозвался Харпер.
— Тут ведь в своё время бушевал торнадо.
— Нет, маловероятно.
— Почему?
— Тот смерч был гораздо крупнее и появился после того, как Стар-Сити погрузился во тьму. Скорее это самый первый вихрь, зародившийся за пару дней до катастрофы.
Стоквелл открыл рот, дабы высказать своё несогласие, но так и не произнёс ни слова. Неожиданно его охватило странное чувство — ему отчего-то стало… неприятно находиться в собственном теле. Метнув взгляд на друга, Ричард понял, что и тот ощущает нечто подобное.
— Ты… чувствуешь? — спросил Джейсон.
— Да. Ничего не понимаю… — Ричард попробовал размеренно и глубоко дышать, чтобы унять стремительно нарастающую тошноту. Вместе с ней пришла головная боль, заломили руки и ноги, словно сорвалось с цепи сердце и даже возникло омерзительное жжение в простате.
— Останови машину!!! — вдруг воскликнул не свойственным ему визгливым тоном Харпер. — БЫСТРЕЕ!!!
Ричард мгновенно повиновался, с каждой секундой теряя самообладание.
— Теперь назад! НАЗАД, МАТЬ ТВОЮ!!! — Джейсон схватился за голову и принялся биться ею о стекло на двери.
Водитель, сжав зубы, чтобы не прикусить отчаянно зудевший язык, с трудом нашёл в себе силы включить заднюю скорость и нажать на акселератор. "Блейзер", буксуя в снегу, двинулся в обратном направлении.
Когда Стоквелл уже всерьёз намеревался разодрать ногтями собственную грудь, пришло долгожданное облегчение. Практически моментально все ужасные симптомы прошли, и он вновь почувствовал себя нормально, поражаясь совсем недавнему желанию во что бы то ни стало избавиться от жутких ощущений. Харпера тоже отпустило и он осторожно, будто боясь спугнуть вернувшийся покой, выдохнул.