Алан подбежал ко мне и обхватив сзади за талию, оттащил от детектива.
-Мира, успокойся...-он нежно погладил меня по щекам. - Ты ничего не исправишь.
Я села обратно в кресло, сжав кулаки.
-Вы меня подозреваете?
-Мы вас не подозреваем. Пытаемся разобраться, что вчера произошло.
-Тогда разбирайтесь... - без эмоций ответила я. - Вы, итак, прекрасно знаете что нас связывало с доктором Филиппс. Все документы ведь у вас. И знаете причину, по которой я посещала врача.
-Не уезжайте из города, пока идет расследование, - детективы поднялись с дивана. - Всего доброго.
Они двинулись к выходу, мой друг пошел за ними.
Я медленно прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Жизнь перевернулась полностью. Мне казалось, что я сплю и это просто очередной кошмар. Что вообще происходит?!Тьма все больше и больше поглощала меня, и я понимала, что выхода, скорее всего, нет. Мне было все сложнее находится в обществе людей, я была словно на границе сна и реальности. Запутавшись в себе.
Мой друг проводив детективов, вернулся ко мне в гостиную.
-Ты в порядке? - он присел передо мной на корточки, обхватив мои колени.
-Нет...У меня в голове не укладывается, кто ее мог убить. - я посмотрела с болью в глаза друга.
В дверь снова раздался звонок, от неожиданности мы с Аланом вздрогнули.
-Ну кто еще? - друг поднялся на ноги и быстрым шагом направился к двери. - Надеюсь, это не детективы, которые приехали за тобой.
-Замолчи, прошу тебя...-простонала я, взяв журнал с кофейного столика и прикрыв им лицо.
Алан занес в гостиную букет белых калл.
-Ты догадываешься, кто может их прислать?
Я убрала с лица журнал: -Посмотри записку, если от Джуллиана или Германа, выброси букет.
Мой друг достал записку и прочитал вслух: - Увидев однажды твои глаза, их невозможно забыть. P.S. Тайный поклонник.
Убрав с лица журнал, я медленно поднялась с кресла и подошла к Алану. Мне захотелось почувствовать аромат цветов.
-Запах ванили. Очень тонкий. Кто-то очень осведомлен в моих предпочтениях. - я забрала букет у друга и стала подниматься по винтовой лестнице к себе в спальню. - Я быстро соберусь и поеду в редакцию. Не хочу откладывать с отпуском.
-Давай после редакции встретимся в ресторане, поужинаем втроем?
-Я подумаю! - крикнула я со второго этажа, заходя в гардеробную.
Окинув взглядом одежду на вешалках, я выбираю черную водолазку, черную шифоновую юбку в пол, ботинки на низком ходу и черную косуху с цепями. Собираю волосы в небрежный пучок, наношу немного тонального средства и бальзам для губ. Достаю черные Ray Ban и черную кожаную сумку Hermes.
Спускаюсь на подземную парковку, сажусь в автомобиль и выезжаю. Дорога, на удивление, оказалась не столь загруженной. Включаю радио и сразу же слышу новости.
"Знаменитый мотогонщик Герман Вуд собирается выступить в новом сезоне после долгого перерыва, в связи с серьезной травмой позвоночника. Пожелаем удачи этому счастливчику."
-Удачи ему пожелаем, значит... - мои пальцы крепче вцепились в руль. - Козел! Пожелаем ему удачи!
Я передразнила ведущую новостей и выключила радио, продолжая ехать в тишине. Как - будто других дел нет, кроме как слушать новости про этого мудака. С той встречи в баре, вся моя жизнь покатилась под откос. Кружит постоянно надо мной, как черный ворон. Выслеживаешь и клюет. Больнее и больнее. Я вспомнила наш секс в туалете. Клэр была права, секс с Германом тяжело забыть. Теплая, загорелая кожа с невероятным запахом и сильные, мускулистые руки. Я отвела голову с сторону и левой рукой попыталась согнать это видение. Черт тебя дери, Герман Вуд!
***
-Мира, ты в порядке? Выглядишь подавленной. - главный редактор встревожено посмотрела на меня.
-Я поэтому сюда и приехала. Хочу взять отпуск за свой счет.- я опустилась в кресло напротив начальника.
-На долго?
-Не знаю...Может неделя...может больше. - я пожала плечами и сняла очки.
-Судя по твоему внешнему виду, тебе это необходимо. Я поняла это еще вчера, когда ты не прислала статью. Что-то дома стряслось?
-Н...нет. - я помотала головой, прижав пальцы к виску. - Муза меня покинула. Просто устала. Не знаю...Честно, не знаю...
Я попыталась натянуть хоть какую-то улыбку, но и на нее не хватило сил.
Редактор встала из-за стола, подошла ко мне, подняв меня за плечи и крепко прижав к себе. Когда мне плохо, от таких объятий мне становится еще хуже. Я чувствую себя на столько слабой, а жалеть себя ненавижу. Боюсь не только чувствовать свою слабость, но и показывать ее другим. В детстве меня никогда не обнимали родители. Я была просто ребенком. Ребенком без родительской любви.