В этом случае Отец Габриэль рассмотрит наше с Сарой дезертирство, как первое звено в цепочке, которая потянет его вниз, операция по его поимке должна быть закончена и ФБР должны действовать. Бюро не собиралось подвергать опасности обнаруженные мной сведения. Несмотря на то, что до сих пор существовали пробелы, например, расположение денег, я раскрыл достаточно, чтобы остановить деятельность "Света" и упрятать за решетку Отец Габриэля на очень долгое время.
Без всякого сомнения, с каждой милей, пока я молился, чтобы она была в Фэрбенксе, я раздумывал о том, вернуть ли ее в "Северное Сияние" и продолжить миссию, или передать ее в программу защиты свидетелей, и обеспечить ее безопасность.
Когда Хилл позвонил на мой одноразовый телефон, чтобы сказать, что Сара у них, и о том, что сделал Томас, я все еще был в воздухе и не мог принимать звонки. Только когда я приземлился, я прослушал голосовую почту. Узнав, что она в безопасности, я с облегчением опустился на колени; однако, по мере того, как его сообщение воспроизводилось, и я услышал, что Томас ударил Сару, оставив на ее глазу отметины, моя хватка на телефоне почти раздавила его.
Я напомнил себе, что самым важным было найти Сару.
Я придумал историю, чтобы помочь скрыть ее побег. Я связался с Братом Даниэлем и сказал ему, что в Вайтфише запасы для меня не были готовы. Я не смог достать нужные мне предметы, поэтому отправился в Фэрбенкс.
Чтобы эта история была правдоподобной, мне пришлось покупать припасы. Поскольку я не мог оставить Сару наедине, когда заберу ее, мне нужно оставить ее в офисе маршалов, где я знал, она будет в безопасности. Согласно информации специального агента Адлера она контактировала только с двумя маршалами, а Маршалл Хилл был единственным, кто разговаривал с ней.
У Адлера не заняло много времени, чтобы изучить план полета Томаса и обнаружить, что он направляется в Фэрбэнкс. К сожалению там не было полевого отделения ФБР. На Аляске был всего один офис в Анкоридже. В этом случае ФБР приходилось выбирать Маршалов США или местную полицию. Адлер решил связаться шерифом Хиллом и привлечь Маршалов США к участию в нашей операции. Не раскрывая слишком много, он объяснил настоятельную необходимость найти, защитить и изолировать Сару, а также позаботиться о Томасе.
После сообщения о том, что Томас бил Сару, я хотел быть одним из тех, кто позаботится о нем. Однако, несомненно, мой метод не одобрят, и времени было недостаточно.
Я позвонил Брату Даниэлю, используя телефон в номере мотеля, и сообщил об изменении планов с закупкой материалов. Наконец, я прибыл в офис Маршалов и, сидя за окном, наблюдал за женщиной, которая уже почти год была моей женой. Несмотря на то, что я хотел пойти к ней прямо сейчас, Хилл настаивал на том, чтобы я сначала понаблюдал за ней, рассмотрел ее травмы. Даже, несмотря на то, что я видел это только через стекло, мои зубы и кулаки сжались.
- Скажите мне, что Томас больше не является угрозой, - сказал я, хотя моя челюсть не двигалась.
- Агент, он потеряется в системе на большее количество лет, чем вам нужно, чтобы выполнить задание, - сказал Маршалл Хилл, уверенно пожав плечами, так как это мог сделать только человек с многолетним опытом. - С его дерзким отношением и влечением к причинению женщинам боли, может быть он найдет за решеткой больше, чем рассчитывал. Кто знает?
Я кивнул, мышцы в шее и плечах кричали от напряжения.
- Что она сказала в своем заявлении?
- Я не принял заявление.
Я повернулся к пожилому мужчине с пустым выражением.
- Что вы имеете в виду? Она была здесь в течение многих часов.
- И если бы я принял заявление, то должен был бы записать его. Если я забыл принять заявление или записать ее задержание, то, возможно, этого и не случалось.
Я вдохнул. Надув щеки, я медленно выпустил воздух.
- Она сказала...
- Она ничего не сказала. Она пыталась, но я продолжал говорить ей, что мы скоро будем готовы. - Он кивнул в сторону окна. – В основном, она просила сделать звонок.
- Если она решает... они позволят ей позвонить семье. - Я не мог сказать, решит ли она войти в программу защиты свидетелей. Сколько бы я не убеждал себя, когда летел в Фэрбенкс, что лучшей возможности обеспечить ее безопасность может не быть, но когда она в соседней со мной комнате, я не мог даже представить, что отпущу ее.
Не то, чтобы в мои намерения входило ее убедить. Вероятно, я был последним человеком, кого она хотела увидеть. Хорошо, возможно в ее глазах я был немного лучше Томаса, но это не говорит о многом. Я должен что-то придумать. Все и каждый были замешаны в этом.