Затем одна из этих "примитивных" пушек повернулась в его сторону, лазерный импульс установил точную дальность стрельбы, осколочно-фугасный кумулятивный снаряд M830A1 ударил по лобовой броне его командирской машины, и окончательная судьба его бригады навсегда перестала быть для него спорным и беспокоящим вопросом.
Подполковник Аластер Сандерс внимательно наблюдал, как силы "Наковальни" встретились с силами "Молота". Потери от дружественного огня были худшим кошмаром для командования в разгар ревущего холокоста уничтоженных транспортных средств, подобного этому, даже с лучшей в мире системой передачи данных и электронным оборудованием "свой-чужой". Но он усердно обучал своих людей маневренной войне - особенно ночным атакам - с тех пор, как впервые принял командование батальоном, и сегодня вечером это принесло огромные плоды.
Однако, несмотря на все это, он был поражен тем, что их еще не уничтожили. Не было никакого способа, чтобы командир сил, на превращение которых в обломки его батальон только что потратил двадцать пять катастрофических минут, не смог послать отчет о ситуации! И, конечно, если шонгейри могли уничтожать боевые группы авианосцев в море, они могли бы уничтожать наземные транспортные средства! И все же они этого не сделали. Не сдерживали ли инопланетные звездолеты огонь просто в надежде не убить никого из своего собственного выжившего персонала? Надеясь, что они все еще смогут вернуть выживших после резни?
Что ж, если это то, на что они надеются, их ждет разочарование, - мрачно подумал он, осматривая толстые кучи, в основном из тлеющих и обугленных тел инопланетян, разбросанные вдоль проезжей части. Время от времени продолжали раздаваться выстрелы, когда то тут, то там одно из этих тел шевелилось, и он оскалил зубы при виде этого. - С другой стороны, если они просто не открывали огонь, пока мы не очистим территорию, мы скоро это выясним.
- Всем подразделениям, пять действующий, - сказал он. - Выполнить исправление ошибок.
На всем протяжении этого адского, пылающего участка дороги танки "Абрамс" прижались к обочине. Их экипажи эвакуировались, оставив связь с включенной общей платформой и включив все остальные электронные устройства, которые были отключены на протяжении всего боя, чтобы составить им компанию. Они забрались в "Брэдли" (или на них сверху), которые с грохотом прорвались сквозь объятые пламенем обломки, чтобы забрать их... и которые только что прекратили все свои электронные выбросы. Пехотные команды устремились вниз со своих позиций на склоне холма, и все "Брэдли" и другие машины батальона понеслись по шоссе A77 вглубь Афганистана.
Сандерсу не нравилось оставлять за собой эти танки и их боеспособность, но у него не было иллюзий относительно того, что может сделать кинетическая бомбардировка, уничтожившая целые столицы, если они когда-нибудь возьмутся за него. Кроме того, как бы трудно в это ни было поверить, они расстреляли практически весь свой основной боезапас, убивая шонгейри, и он понятия не имел, где мог бы найти запасные снаряды. Поэтому он превратил танки в самые мощно излучающие приманки, какие только смог придумать, и оставил их на месте для уничтожения, в то время как все остальные его машины с полностью отключенными радиостанциями мчались в безопасное место.
Они продвинулись почти на сотню километров дальше вглубь Афганистана и, как и планировалось, разделились на дюжину различных групп, высаживая затем меньшие пешие группы, чтобы рассеяться и залечь в лучшем укрытии, какое только могли найти, прежде чем их настигла бомбардировка, которой опасался Сандерс.
Три "Брэдли" и тридцать два процента его персонала пережили мстительные последующие удары.
Подполковника Аластера Сандерса среди них не было.
XVII
Голова Роба Уилсона поднялась, когда он услышал хруст шин по гравию и звук двигателя, натужно работающего в полноприводном режиме. Когда-то давно это бы его не беспокоило, но это было уже не "когда-то давно", и он небрежно проверил Хеклер-Кох USP калибра .40 в баллистической нейлоновой кобуре на правом бедре, когда шагнул к входной двери коттеджа.
Обе угольно-черные немецкие овчарки, которые дремали в солнечных лучах, проникающих в передние окна, подняли головы, навострив уши, и Дэйв Дворак оторвал взгляд от книги, которую он читал четверым детям, как бы возвращаясь к более нормальным временам. Его собственная голова склонилась набок, взгляд на мгновение стал отстраненным, пока он слушал, а затем он передал книгу Мейгрид и встал. Он подошел к окну справа от двери хижины и тихо снял винтовку AR-10 с полки над ней. Он передернул затвор, чтобы проверить патронник, затем снова двинул его вперед, досылая патрон .308 калибра, и поставил на предохранитель.