У Иштвана был наготове вещевой мешок заблаговременно. Ни у одного пленника не было много вещей. Вещевой мешок Куна был тяжелее, но Кун заботился о книгах больше, чем когда-либо Иштван. Карета доставила их обоих в гавань, которую отремонтировали с тех пор, как кровожадная магия капитана Фрайджеса сделала свое дело. Крейсер был длинным, гладким и смертоносным, почему-то выглядевшим более опасным, чем дьендьосский корабль. “Когда они поднялись на борт судна, военный писарь Куусамана сверил их имена со списком. Парень в зеленоватой военно-морской форме Куусамана проводил их в каюту.
“Вы двое остаетесь здесь”, - сказал куусаман по-дьендьосски. Как и большинство его соотечественников, говоривших на этом языке, он использовал множественное число, а не двойственное.
Каюта была достаточно большой, чтобы вместить две койки рядом. Иштвану и Куну даже не пришлось бы ссориться из-за того, кому достанется верхняя койка. Иштван сказал: “Если это то, что слантиглазые делают с пленниками, то они сами, должно быть, живут очень мягко”.
“Они знают”, - сказал Кун. “Они богаче нас. У них современное волшебство дольше, чем у нас, и они делают с ним больше, чем мы”.
“Но мы - раса воинов”, - сказал Кун с гордостью за своих соотечественников, которая все еще лишь немного уступала тому, что он чувствовал, когда был призван на службу к Экрекеку Арпаду.
Кун вздохнул. “Полагаю, я бы потратил свое время, спрашивая тебя, сколько хорошего это принесло нам или кто выигрывает войну, и поэтому я не буду”.
“Не спрашивая” таким особым образом, он, конечно, сформулировал вопрос еще более эффективно. Иштван некоторое время обдумывал его. Ему не понравился вкус ни одного из ответов, которые он нашел. Чтобы не показать, как они ему не нравятся, он выглянул в иллюминатор. К его удивлению, Обуда уже удалялся вдаль. “Мы движемся!” - воскликнул он.
“Ну, а что, если это так?” Кун, казалось, был полон решимости идти наперекор. “Звезды небесные, это лей-линейный корабль. Вы ожидали услышать, как хлопают паруса и завывает ветер в снастях? Подумайте головой, прежде чем использовать рот.”
“О, подери козла”, - сказал Иштван. Родом из долины далеко в горах, он мало что знал о кораблях, лей-линейных или других. Единственные разы, когда он был на их борту, были во время путешествий через Ботнический океан во время войны. Тогда он никогда не был в двухместной каюте, а находился в трюме со множеством других солдат, большинство из которых были так же несведущи в море и его обычаях, как и он.
Он помнил гонг на обед. Либо у куусаманцев был такой же сигнал, либо у них был гонг, чтобы они могли использовать что-то, с чем были знакомы их пассажиры-дьендьосцы. Вооруженные Куусаманцы направили Иштвана, Куна и других дьендьосцев, вышедших из кают по коридору, в железную камеру, где они собирались поесть. Большая вывеска на стене гласила: "МЫ НЕ ПОДАЕМ КОЗЛЯТИНУ на БОРТУ ЭТОГО КОРАБЛЯ. ВЫ МОЖЕТЕ ЕСТЬ СВОБОДНО, НЕ ОПАСАЯСЬ ЗАГРЯЗНЕНИЯ". Иштван надеялся, что слантейз говорит правду. Если бы это было не так... Шрам на его руке пульсировал. Он уже узнал о ритуальном осквернении и о том, как оно разъедает человека, больше, чем когда-либо хотел знать.
Примерно три дюжины дьендьосцев выстроились в очередь, чтобы взять подносы, столовые приборы и миски с тушеным мясом, которые подала пара куусаманских поваров скучающего вида. Еда была лучше, чем в лагере для пленных, но не так хороша, как рационы охранников, которые он ел с тех пор, как его отобрали у остальных захваченных дьендьосцев. Повара дали каждому мужчине по кружке эля и столько чая, сколько он хотел.
Большинство других пленников на борту лей-линейного крейсера были офицерами. Иштван увидел одного человека в форме бригадира, пару полковников и множество майоров и капитанов. Один из этих капитанов повернулся к нему и спросил: “Ну, сержант, почему они выбрали тебя для этой шарады?”
“Я понятия не имею, сэр”, - осторожно ответил Иштван. “Может быть, потому, что я сражался на Бекшели”.
Со смехом офицер сказал: “Что ж, в этом есть некоторый смысл. Я не знаю, почему они выбрали меня, вот что я вам скажу. Я предполагаю, что косоглазые вытащили мое имя из шляпы, или горшка, или что там они используют для подобных вещей ”.
Капрал Кун спросил: “Сэр, у вас есть какие-нибудь идеи, что они собираются нам показать, когда мы туда доберемся?”