- Зачем?
- Просто у каждого настоящего писателя должен быть литературный агент.
Они постояли так еще немного времени, но уже в полном молчании. А потом он проводил ее домой, и в следующий раз они встретились только спустя двадцать четыре года.
7
Антон вскрыл конверт и достал сложенный вчетверо лист формата A4. Развернув его, он увидел стандартный 12-й кегль Times New Roman с 2,5 интервалом.
Ну здравствуй, Антон.
Если ты читаешь это, значит, все прошло как надо, а сомнения, надо сказать, в этом были.
Если это читает кто-то другой, то для вас это, собственно, белиберда.
Полагаю, ты уже понял, что меня не существует. Я всего лишь выдумка маленького мальчика, который с высоты своих иллюзий не замечал, как на самом деле устроен наш мир. Но разве я был создан только для того, чтобы решать твои проблемы с книгопечатной индустрией? Не будь меня, ты бы прекрасно справлялся и сам, что ты и делал, за одним маленьким исключением – все мои действия ты забывал напрочь. И это оказалось большим плюсом.
Тьма знала тебя, но каким-то образом, она не знала меня. Она не видела меня даже когда я приезжал сюда в твоем теле (ты приезжал, но это уже около метафизические понятия). И я все подготовил к твоему приезду.
Я – это ты. Поэтому я хорошо знал, что нельзя вываливать на тебя всю информацию. После того, как тебя сбила машина и ты влетел головой в столб, то скорее всего как раз в этот момент, ты поставил прочный барьер на свое прошлое. Сломать такой в одночасье, означало бы отправить тебя на больничную койку с обширным инсультом. Я уверен (ты уверен), что ты бы не выдержал всего потока информации, вылейся он на тебя сразу.
Интересно, вспомнил ли ты что, когда тебе исполнилось восемнадцать, ты официально вступил в наследование этим домом и подписал все документы? Так что не было никакой бабки, и письмо от нее мы написали с тобой вместе.
Я собрал необходимо важные для тебя вещи и поместил их в разных местах. Вспомни страницы с твоим детским текстом, описывающим тьму этого города, коробку с пишущей машинкой, и главное – ящик с твоим детским рюкзаком (надеюсь новые спички пришлись кстати).
Что касается страницы, которую забрал Ларин, то тут я не удел. Я даже не знал о ее существовании. Да, я тоже далеко не все помнил – у нас ведь одна память на двоих.
Бумаги о покупке дома и прочее, что я тебе присылал на подписи, можешь смело сжечь…
Антон коротко усмехнулся.
… они липовые, дом и так был твоим по праву наследования.
Вот, пожалуй, и все.
Надеюсь, что на этом будет поставлена окончательная точка во всей этой истории.
Прощай.
Твой вымышленный Литературный Агент Смирнов Иван
P.S.: Ты же помнишь, как Настя смотрела на тебя, когда вы были еще детьми? Думаю, она и сейчас так же смотрит. Не упусти свой шанс, другого у тебя не будет. Шагни из сегодняшнего дня в завтрашний и не бойся этого.
8
Настя очнулась, лежа на полу пустой палаты. Все тело нещадно ныло от боли. Но больше всего саднило горло. Она еще не знала, но вокруг шеи у нее образовалась синюшно-лиловая окружность. Глотать было больно, а воздух проходил словно множество острых песчинок.
Пошатываясь, она встала на ноги, подняла фонарь и вышла в коридор.
Электроснабжение восстановилось. Под потолком горели флуоресцентные лампы, одна из которых мигала тусклым лиловым цветом.
Розетка у ее стола раскололась, но не рассыпалась, балансируя на грани безопасности. Настя поставила фонарь на зарядку и села, обхватив голову руками.
«Это сон. Это все сон», - повторяла она про себя снова и снова.
Просидев так около получаса, она подняла голову и беспомощно посмотрела на заряжающийся фонарь.
«Это не сон».
Но страха она больше не испытывала. Что-то внутри нее подсказывало, что все закончилось. Не будет больше и кошмарных снов.