— Останавливаюсь здесь каждый раз. Из центра проще добираться куда нужно, — говорит Феликс. Он, будто в пару мне, тоже смотрится белой вороной: остальные в гостиничном ресторане разодеты, как на свадьбу или деловую встречу, и только мы с ним — два «спортивных» человека.
Черный цвет идет моему мужу. А, наверное, немного идет белый, он делает меня не такой худой в отражении зеркала.
— Твоя помощница?.. — не заканчиваю фразу, потому что Феликс и так понял.
— Дарья решила нас не смущать своим присутствием. Наверное, решила, что у нас с тобой романти́к.
И к чему эта усмешка? Сегодня был вполне романтичный день, и не было бы ничего странного, если бы он завершился свиданием в ресторане. Но эта мысль, видимо, даже не приходит Феликсу в голову, так искренне он усмехается своей шутке.
Он вообще помнит про поцелуй? А поцелуй вообще был? Мы ведем себя так, словно не было, и я уже начинаю сомневаться, все ли у меня в порядке с головой. Может, она от переутомления подкинула ненастоящие воспоминания.
Отвлекаюсь на сообщение в телефоне. Василиса, которой я «тайно» перевела деньги утром, рассыпается в благодарностях, а я даже не знаю, что ей ответить. Мне бы вообще хотелось, чтобы она не поняла, кто помог ее маме с операцией.
Игнорируя десятки разновидностей «спасибо» спрашиваю:
«Как все прошло?»
«Хорошо! Еще несколько недель в больнице, и будет в порядке» — и далее вновь «спасибо, спасибо».
Вздыхаю. Это замечает Феликс.
— Устала?
— Немного.
Нам приносят свежевыжатый сок. Яблочный мне и апельсиновый — моему мужу.
— Это был классный день, — поднимаю я бокал, как бы предлагая чокнуться.
— Был? Разве он уже закончился? — Феликс ерничает, но все же легонько касается моего бокала своим.
— У нас еще какие-то планы?
— Ну… Я хотел поговорить кое о чем…
Он мнется, будто не понимает, с какой стороны подступиться. Я решают помочь, ведь меня это тоже волнует.
— Я понимаю, о чем ты говоришь.
— Правда? — Феликс с удивлением смотрит на меня. Бровь на его симпатичном лице потешно взлетает вверх.
— Конечно. Меня тоже волнует, как мы будем решать эту… ситуацию.
Лицо моего мужа мрачнеет, брови сдвигаются к переносице. Как-то слишком хмуро он выглядит для того, кто собирался обсудить неловкий поцелуй.
— Мы с тобой теперь в одной связке, — медленно произносит Феликс. — То, что было до брака, не должно иметь большого значения. Все ошибки поправимы, если мы вместе постараемся их решить.
Ого, какой боевой настрой. Это даже немного… обезоруживает. Феликс так извиняется за свое свинское поведение, которое было раньше? После сегодняшнего милого дня я и без этого его бы простила. К тому же я и сама начинаю к нему испытывать нечто…
— Но меня все равно удивляет, как легко ты это приняла, — прерывает он мои мысли. — Неужели не сердилась? Ни капельки?
Значит, сегодня говорим откровенно? Хорошо, муженек. Надеюсь, потом я не получу оплеуху за свою искренность.
— Я была не против. Знаешь, Феликс, поначалу я думала, что мне достался худший супруг на свете. Ну и ты, наверное, примерно так думал обо мне. Мы же просто начали не с той точки. Я потихоньку узнаю тебя, ты — меня. И знаешь… то, что я начинаю в тебе видеть, мне очень даже нравится.
Приехали. Первая признаюсь в симпатии мужчине. А у Феликса такой удивленный вид, словно я вообще несу какую-то пургу. Знал бы ты, как сейчас бьется мое сердце — от страха, волнения, ожидания… К чему-то же этот разговор должен нас привести?
Неуверенно поднимаю глаза вверх. Где-то там, над рестораном, находятся наши с Феликсом спальни. Уж не окажемся ли мы сегодня в одной из них? А хочу ли я этого?
Опускаю взгляд на мужа. Мне уже сложно припомнить все те обидные вещи, которые он мне говорил. Это было будто в прошлой жизни, в которой и я сама была не такая уж милашка. Сейчас я вижу, что Феликс вовсе не такой, каким пытался показаться. Не злой, не жестокий, не односторонний…
— А-а, я понял, — протягивает мой муж. — Ты говоришь об… черт. О нашем прошлом вечере вместе?
— А ты о чем? — удивляюсь я.
— Я? — Он на секунду задумывается. — Да, в принципе, о нем же. Наши мысли сходятся, ледышка. Я принимал тебя не за ту, кто ты есть на самом деле. Позволил себе действовать, не оценив ситуацию, не поняв, что ты за человек. Так что прости за это. Если бы я мог все исправить…
— С чего бы начал? — заигрывающе спрашиваю я и неожиданно понимаю, что Феликс протягивает руку через стол и кладет на мою. По коже пробегают мурашки.