А егда пойдем на рать, кому хощем болшеи работѣ предати, идуть пред мною и несуть ту 20 крестов и 20 стягов. Тѣ же кресты и стязи велици злати с драгими каменми и с великыми женчюги здѣлани, в нощ же свѣтять аки в день. Тѣ же кресты и стязи идуть на 20-ти колесницах и 6-ти, а у который же колесница служать по 100 тысящь конник, а по 100 тысящь пѣшие рати опричь тех, который на нас брашно везуть. А коли пойдем к нарочиту мѣсту на бои, ини несуть пред мною един крест древян, на нем же изображено господне распятие, того ради да быхом поминали господню страсть и распятие. Сторонь того креста несуть блюдо злато велико, на нем же едина земля; на землю зряще, поминает, яко от земля есми создани и паки в землю поити имамы. А се с другую страну блюдо несуть другое злато, на нем же драгии камень и четеи женчюг, на н же зряще величается наше господьство. Идуть же пред мною 3 проповѣдници, возглашають велиим гласом. Един вопиеть: «Се есть царь царем, господь господем», а другии вопиеть: «Силою крестною а божиею благодатью и помощию». А третии вопиеть умилным гласом, яко от земля есмы сътворени и в землю паки поити имамы. И пакы же престанем глаголати. О силѣ же не глаголю, яко же бо рекох.
А если идем на войну, когда хотим кого-нибудь покорить, предо мною идут и несут 20 крестов и 20 стягов. А кресты те и стяги большие, сделаны из золота с драгоценными камнями и с крупными жемчужинами, ночью же светятся, как и днем. Кресты эти и стяги везут на 26 колесницах. А у каждой колесницы служат по 100 тысяч конников и по 100 тысяч пешего войска, не считая тех, кто за нами везет пищу. А когда идем к назначенному месту на бой, другие люди несут предо мною один деревянный крест с изображением распятия господня, — чтобы мы вспоминали господни страдания на кресте. Рядом с крестом несут большое золотое блюдо, а на нем — одна земля: на землю глядя, вспоминаем, что из земли мы созданы и в землю же уйдем. А с другой стороны несут другое золотое блюдо с драгоценным камнем на нем и отборным жемчугом: их вид возвеличивает наше государство. И идут предо мною 3 проповедника, громко восклицая. Один возглашает: «Это — царь царей, господин господ»; другой продолжает: «Силою крестною, божиею благодатью и помощью». А третий восклицает умильным голосом, что из земли мы сотворены и в землю же уйдем. Впрочем, довольно об этом говорить. О войске же не говорю, так как уже сказал.