— Ты…? — ошалело изумился уммландец Лиутпранд. — Ты?! Простой имперский чинушка спасает великую страну?! Да не ополоумел ли ты часом, министрик главный во дворце… а?!
Случившаяся вспышка ярости, у прежде спокойного наследника из Уммланда, сильно позабавила главного имперского министра. Он также заметил явнейшее раздражение остальных вице-королей и их министров его словами.
— Прошу меня простить, однако пока из вас четверых не определился будущий правитель державы, именно я, как «престолодержатель» — обязан хранить её безопасность! — с вызовом заговорил Дезидерий. — Да, именно я возьму этот тяжкий груз, на себя и буду его нести, пока проходит Избрание нового императора. Наследники останутся с Избирателями в столице, я же гарантирую покой им в этой важнейшей политической процедуре и надеюсь что мне удастся скорейшим образом вернуть в лоно нашей державы, все, составляющие её величие, провинциальные королевства. Кои я с удовольствием и приведу к полной покорности новому правителю, нашему второму императору!
— Наследники с Избирателями… останутся в столице. — громко пробормотал Магинарий Имерий и искренне расхохотался, настолько ему показалась забавной ситуация, когда две самых важных и первейших в имперской иерархии ступени пирамиды власти — будут, кусая себе локти, ссориться из за Избрания, а в это время главный имперский министр, во главе мощнейшей имперской армии — начнёт подавлять мятежи в провинциях. И ведь нет никакой гарантии что за эти месяцы, что пройдут в походе — будет избран император. Зато риск получить вернувшегося Дезидерия с ореолом славы ещё и полководца, и «сшивателя-портного» империи — была выше чем когда либо.
— Что ты мелешь?! — взорвался ромлеянин Джанелло. — Я буду сидеть и ждать Избрания?! Идиотский министришка — проводи скорее голосование и давай определим кто выиграл из нас! Мы без тебя сможем подавить любого противника, ты понял? А если что, то учти — мои люди тебе уши отрежут и…
— Уже нет. — спокойно перебил привычно истерящего Джанелло «престолодержатель», — я учёл случай с сегодняшним нападением «кинжальщика» и решил более не испытывать судьбу. Если ваши отряды попробуют что решить силой и незаконно поступить со мной — они будут без жалости перебиты! Из вас, ни один пока не является императором и любые телодвижения с войсками верных вам королевств, можно расценить как попытку узурпации или мятежа… Уже с вашей стороны. Повторюсь: прямо сегодня вечером начинается подготовка к походу против мятежников, который возглавлю именно Я, как нейтральная, равноудалённая, от вас всех, политическая фигура. Прошу соблюдать законы империи и дождаться Избрания. Надеюсь выборщики будут готовы услышать ваши доводы при личной встрече и проявив мудрость — поторопятся… У господ наследников есть вопросы?
Никто ни о чём министра более не спрашивал. Наследники и их министры встали со своих кресел и в течении минуты все убрались из кабинетов для переговоров.
Молча, глядя себе под ноги, уходили наследники, что возможно впервые поняли что никакой реальной власти, в отличие от своих земель — в столице они не имеют.
Магинарий Имерий, выходя прочь, вновь расхохотался: «Ну ты и игрок! Думаю, что скорее всего буду тебя уже вскоре где вешать, на столичной площади, например, хотя… куда колесо удачи только не выворачивает? Молодец… Прямо не ожидал. Мы то со стариком тебя считали книжником и заумкой, с характером зайца — отчего он тебя на этот пост и назначил. А ты ничего — дал по зубам наследникам провинциалам…»
Глава седьмая: «Понеслась!»
Уже к позднему вечеру и той же ночью, весть разнеслась по всей столице империи: главный министр и нынешний «престолодержатель», Дезидерий — решил самолично возглавить поход против мятежных королевств Урдии и Амазонии, а потом направится подавить ересь что завладела землями Ромлеи! Дезидерий создал свою малую дружину телохранителей, равную императорской гвардейской дворцовой страже и теперь вокруг этого отряда и начнут группироваться всё новые прибывающие силы: из числа имперских рыцарей, баронов с дружинами, графов и герцогов — ведших свои провинциальные отряды для участия в новом походе на мятежников…
На утро следующего дня, герольды, посланные с объявлениями гонцы — сообщили по всему столичному огомному городу и его окрестностям, о сборе добровольцев в списочные реестровые отряды и больших наградах, участникам похода, что теперь главный имперский министр щедро всем обещал за счёт государственной казны, считая, что пока он является её хранителем — то соответственно может себе позволить немного её порасточать: «Не корысти ради, лишь на безопасность державы!»