Самые большие разрушения оказались именно у внешних стен и пристроечных помещений при них, на которые и пришлись основные атаки кельриков и приданных им столичных инквизиторов.
Сейчас, когда были выделены Дезидерием суммы на востановление Берлоги, Борелл собирался ещё сильнее укрепиться и по слухам, гулявшим среди его стражей: даже тайно привезти в столицу четыре бомбарды для каждой из каменных башен, на случай нового штурма кем из завистников…
Узнав столь «радостные» для себя новости, Дезидерий наконец смог въехать в обширный, немного развороченный сейчас, двор, близ Берлоги и встретившись с вышедшим встретить министра Поллионом — направился быстрым шагом в залу, где судя по звукам музыки и звону кубков вовсю пировало множество мужчин.
С большим трудом министру удалось отказаться от пьяного радушия Борелла и уговорить того отправиться с ним в кабинеты немедля и обсудить некие вопросы.
Поллион и его дочь, к немалому изумлению Дезидерия, отправились вместе с ними: было видно что истерика женщины на арене, во время «Турнира на крови», уже забыта и муж на неё не сердится.
У министра даже появилась мысль, что возможно Борелл просто не понял что там происходило и Поллион, умея на него воздействовать и всё объяснять в нужном ему русле, в очередной раз вывернул ситуацию себе на пользу.
«Престолодержатель» вздохнул с досады, что такой дурак наследник ему ранее не попался на жизненом пути, тогда возможно не стоило затевать всю нынешнюю опасную игру и просто постараться, сего откровенного идиотика, поставить править державой… Лишь по названию, конечно. А тем временем, за его спиной… Э-э-э-эх!
— Что вас привело к нам? — сразу же осведомился первый министр Гарданы Поллион, что теперь разглядывал главного имперского министра с какой то тайной, холодной, но при этом совершенно чётко всеми ощущаемой, ненавистью.
— Мммм… видите ли. — начал Дезидерий. — Мне кажется, что сейчас, когда Избрание ближайшие месяцы невозможно…
— Вашими стараниями? — холодно улыбаясь осведомился Поллион.
— Что?!
— Не отпирайтесь! У нас достаточно сторонников в столице и то что вы вытворяли в «Гнезде», в том числе отправку Избирателей прочь из города, сложно недооценить. Не зря даже дурак Корсо — именно вас стал сейчас, зачастую, в доверенных разговорах, называть еретиком: видимо его агенты смогли что узнать дополнительно. Но не суть… Что же вам необходимо от нас сейчас?
— Мне кажется что в данной ситуации, было бы лучше если вы покинули временно столицу и отправились в свои земли, а когда придёт срок Избрания: будут подавлены мятежи и возвращена из лап еретиков Ромлея, тогда…
— То есть — никогда? — вновь издевательски вежливо осведомился Поллион.
— Отец, возможно главный имперский министр… Сумасшедший?! — нервно смеясь спросила Алуникофиэль. — Мне кажется только подобный человек мог такое предложить, не опасаясь похода на столицу звереподобных северян, что зубами выгрызут городские ворота и взглядом своим — зажгут фонари на улицах!
— Да, дочь моя, новый Дукс империи Дезидерий — видимо переутомился от своих забот и несколько… ээээ… Заговаривается! — подтвердил, несколько хамски, первый министр Гарданы.
Пока наследник Борелл, хохоча, предлагал вскочившему в большом гневе со своего места Дезидерию выпить с ними кубки мёда пьяного съесть кус мяса медведя, а потом весело хлопал его по плечу — Поллион и его дочь лишь презрительно улыбались и издевательски перемигивались, не скрывая этого от министра.
Третий к ряду наследник чуть ли не послал «престолодержателя» куда подальше и было очевидно что это ещё не конец, и вполне можно ожидать чего подобного и далее, с Лиутпрандом и Тудджерри.
Выскочивший красный, разгневанный и злой, из Берлоги, Дезидерий — с трудом умостился в своей огромной карете постоянно совершая лишние движения и задевая что внутри неё и уже просто для очищения совести, потребовал его отвезти к дворцу наследника Лиутпранда, вице короля Уммланда.
Надежды на успех в переговорах с ним не было почти никакой, но министр считал что должен поговорить со всеми четырьмя наследниками, что бы понять их настроения сейчас.
Он ошибся сразу же, надеясь что после стычек в столице, внуки покойного императора желают поскорее покинуть её и спокойно дожидаться сигнала на возвращение в своих королевствах — ничего подобного!