Любит выпить и простую, незамысловатую шутку, в виде отрыжки. Неплохо пляшет в кругу воинов, но совершенно почти не танцует с дамами позиции на балах. Добряк, хотя и немного с хитринкой, скорее крестьянской. Щедр, особенно за счёт казны.
Гардана, самые северные земли империи — всегда славилась пушниной, деревом, рудными шахтами, добычей рыбы и наймом дешёвых храбрых солдат, из варваров северян, которые правда часто бросали службу и начинали самостоятельно грабить или пиратствовать, считая что так им проще будет разбогатеть.
На север, в Гардану, частенько сбегали сами или ссылались государством преступники, и этот край был весьма «лихим».
Торговый союз городов Гарданы — «Заган», во всём поддерживал своего вице короля, который не притеснял их налогами и позволял основывать новые города, благо имперских, на побережье северных морей — было откровенно мало.
В Гардане массово прятались друиды, бежавшие от инквизиции из захваченного имперцами королевства Амазонии и прочих завоёванных империей земель где они процветали ранее, а также иные еретики и культисты, что мечтали востановить почитание молний и кровавой Луны, и нередки были рассказы пограничной стражи о нахождении ими замороженных на алтарях людей, разделанных на части и обгрызанных, людьми или животными, было тайной.
Гардана была огромным полупустынным краем пушнины и руд, и практически не имела больших ремесленных гильдий.
Свои сырьевые богатства она продавала далее, южнее, в ремесленно развитые провинции империи и закупалась там оружием, хлебом, винами, лошадьми и многим прочим, столь необходимым ей самой.
Торговые караваны в Гардане обязательно сопровождали конвои стражи. Всюду совершали рейды многочисленные банды, из сбежавших из имперской армии, северян.
Нередки были нападения и пиратов, как на прибрежные города, так и их вылазки на плоскодонных судах по рекам, вглубь Гарданы.
Считалось что в Гардане можно как быстро разбогатеть, так и также скоро — потерять голову… В лучшем случае.
Огромное, малоизведанное приграничье империи: с кучей мрачных культов и тысячами своенравных воинов, что пришли сюда за деньгами и свободой…
Через площадь, с огромным оркестром, Борелл проехал весело смеясь и махая рукой, из за чего пару раз чуть было не свалился с седла, и лишь вовремя подскочившие телохранители, в длинных кольчугах до самых пят — поддержали своего господина, не дав тому «поцеловать» камни мостовой.
Поллион громко приказал всем ехать не останавливаясь и охрана, взяв поводья коня вице-короля Гарданы в свои руки — быстро вывела четвёртого наследника покойного императора прочь, со столь многошумной площади, где играла понравившаяся ему музыка и тысячи людей вопили и свистели, выражая радость от появления последнего наследника и скорого начала празднеств.
Так, сидя на коне и ведомый своей спешенной стражей, внук императора из Гарданы и въехал во дворец деда.
Министр Дезидерий уже ничему не удивлялся, поняв насколько разными могут быть данные родственники, особенно если они — правители различных королевств огромной империи.
А посему просто соскочил с трибуны и быстрым шагом подошёл к Бореллу, приветствуя того: «Господин правитель Гарданы, всячески рад видеть Вас в столице нашей великой империи и…»
— А…? — я уже где? — с интересом уставился вице-король Гарданы на толкающего перед ним речюгу человека, в странной малиновой накидке с вензелями и золотой вышивкой, пока телохранители осторожно вынимали его самого из седла и ставили на землю, под короткие, но явственно слышимые насмешливые шепотки своих коллег из императорской стражи, что стояли рядами чуть сзади и слева от трибуны, с встречающими наследников сановниками.
Было очевидно что четвёртый наследник явно перебрал лишнего и теперь не до конца понимает где находится.
Тут же в разговор вмешалась пара за его спиной, тесть и супруга вице-короля Гарданы: Высокий старик, с прямыми длинными свинцовыми волосами, в одеянии сером с голубыми и зелёными частями, вышел чуть вперёд и коротко кивнув «престолодержателю», объявил: «Наследник Борелл хотел бы передохнуть с дороги и просит провести все церемонии как можно скорее, без лишней помпезности!»
Алуникофиэль тут же добавила, вслед отцу: «И кстати — кто вы такой и по какому праву обращаетесь без должного почтения к наследнику престола великой державы? Мне казалось, что в столице империи могли быть приветственные церемонии и более показательными, и отработаны до блеска, предыдущими встречами иноземных королей и послов государств!»