Дезидерий задумался о том что ему далее делать, потом сказал секретарю: «Надо провести переговоры с наследниками уже сейчас! Как можно скорее! Порядок их посещения таков: кельрик, гарданец, ромлеянин, уммландец — ты понял?»
— Да господин!
— Хорошо. Исполняй! — Дезидерий стал спешно сам одеваться, пока его секретарь Анулон тенью выскользнул из спальни что бы проинструктировать гонцов, с сообщениями наследникам.
Главный имперский министр призадумался и внезапно тихо хохотнул: «А ведь меня это вполне устраивает! Ну какие спешные выборы императора, когда империя уже рушится?! Вначале подавление бунтов и ересей, силами наследников, а уж тогда, среди самых отличившихся и прочее бла бла бла…»
Ему показался очевидным, для выполнения, самый простой из планов, что приходил ранее в голову Дезидерию от всех поступивших судьбоносных новостей последних суток: не искать себе в спешке подходящего из наследников и тащить того на трон всеми силами, а заставить всю четвёрку внуков императора заняться подавлением мятежей и пока что самому оставаться «престолодержателем», и фактически, с урезанными конечно, частью правами, всё же Дезидерий не великий герцог или князь какой — быть главой империи!
Был правда риск крупной ссоры с внуками умершего правителя и попыткой тех разрешить этот спор силой, в самой столице. Однако их четверо и поползновение любого из них на власть министра «престолодержателя»- будет воспринято остальными как узурпация власти и попытки избавиться и от них самих. При таких вариантах следовало играть на повышение ставок!
Одевшись и умастив волосы благовониями и маслами, главный имперский министр вызвал себе паланкин, что позволял практически бесшумно передвигаться на ночных улицах столицы и отправился вначале в поместье наследника из Кельрики, дабы увидеть состояние Великого инквизитора Корсо, после всех споров за поздней трапезой в имперском замке и именно фанатичным верующим в Солнце кельрикам — первым сообщить о смене Солнцеликого в Ромлее, что бы они начали будоражить людей своими высказываниями и истеричными религиозными действиями: и в том и другом Дезидерий даже не сомневался.
Добрался «престолодержатель» до Храмины — всего за четверть часа, как обычно в столице называли в основном пустующее, мрачное здание особняка принадлежавшее наследнику Амвросию из Кельрики: огромный дворец-храм, с утоптанной песчаной площадкой для наказаний провинившихся, прямо перед главным входом во дворец.
«Храмина» поражала своей монументальной мощью, в неверном лунном свете, в ночи и при этом казалась практически необитаемой. Лишь распевные молитвы жрецов и почти невидимых в сумраке ночи инквизиторов, в их отличительных чёрных балахонах — показывали наличие большого количества людей в самом здании и окружающих дворец территориях.
У входа во дворец кельрикского наследника, Дезидерия встретил командир телохранителей вице короля Кельрики — Путысон и тут же попросил оставить любое имеющееся оружие ему, а своих охранников расположить в караульном помещении на первом этаже.
Узнав что у главного имперского министра нет телохранителей, впрочем как и оружия при себе, вначале искренне удивился. Потом хмыкнул и громко пробормотал под нос: «Просто в столице империи кинжальщики лунопоклонников почти не действуют, а так — посмотрел бы я…» и продолжая откровенно лыбиться в свои пышные ухоженные усы, провёл прибывшего ночного гостя в помещения, где того уже должны были ждать.
— Как себя чувствуют властитель Кельрики Амвросий и Великий инквизитор Корсо? — решил занять себя разговором Дезидерий, после долгих нудных проходов по слабосвещённым лестницам с охраной и странных, полупустых кабинетов, данного паласа Храмины.