– Да, согласна. – хрипло выдавливаю из себя, еле шевеля губами.
Остальное вижу словно через какую-то пелену, чувствую себя сломленной , поставленной на колени и униженной. Старый Акфондофф что-то ещё говорит, наливает густую красную жидкость в большой украшенный кристаллами кубок и протягивает его мужу, тот поклонятся и отпивает, затем протягивает мне. Руки дрожат так сильно, что никак не могу поднести переданный мне предмет к губам, всхлипываю и растерянно смотрю на Одена, который в свою очередь тут же помогает мне, накрыв мои руки своими. Не понимаю, что пью, не различаю ни запаха, ни вкуса, ощущаю только горячее прикосновение, которое приятным ядом растекается по венам.
Оден забирает кубок из моих рук, отставляет его и после слов «союз заключён», подхватывает меня на руки. Вокруг все молчат и просто смотрят, как мужчина медленно несёт меня в сторону лестницы, его дыхание тяжёлое и прерывистое, словно он также боится и волнуется, как и я.
– Надеюсь она не опозорит тебя, брат. Кто знает, что и с кем она делала в другом мире. – ехидно бросает вслед Альварс и Оден с рыком сильнее сжимает меня в руках, но не отвечает, а продолжает подниматься по лестнице.
Кажется не дышу вовсе, пока идём по коридору и даже не могу пошевелиться. Силы возвращаются ко мне лишь когда мы входим в спальню, и мужчина закрывает дверь. Я резко ударяю мужа кулаком в грудь и выскальзываю из его рук, отбегаю подальше, на другой конец комнаты. Хоть и дала свое согласие, но это совсем не означает, что я буду послушной и стану исполнять все его желания.
– Ты теперь моя, Мия. – довольно протягивает Оден, стягивает с себя праздничную тунику и отшвыривает её в сторону, обнажая свое идеальное, словно выбитое из камня тело.
– Я не верю и не подчиняюсь вашим дурацким обрядам! – дерзко отвечаю и продолжаю отходить от наступающего на меня мужчины.
– Веришь и подчинишься. – твёрдо и весьма самодовольного заявляет муженек и отбрасывает в сторону уже снятые штаны, представ передо мной совершенно обнажённым.
Щеки загораются огнём, во рту пересыхает и горло начинает першить, когда я вижу насколько идеально он сложен. Возбуждение быстро накатывает на меня, пульс учащается, а между ног становится невыносимо горячо и влажно. По горящему огню в глазах мужа, понимаю, что он хорошо чувствует моё состояние и очень доволен происходящим, но совершенно не довольна я. Гоню от себя все мысли, стараюсь не смотреть, но не могу заставить себя отвернуться, особенно когда вижу огромный орган уже в полной боевой готовности.
– Не подходи, Оден! – тихо говорю, спотыкаюсь и падаю навзничь.
Не успеваю подняться, потому что мужчина наваливается на меня сверху, придавливая своим телом к полу.
– Ты моя! Моя слышишь и всегда была только моей. Скажи это, скажи! – рычит на ухо и разрывает пополам мою тунику, оголяя грудь с предательски затвердевшими сосками.
Он смотрит на них так жадно, что кажется хочет съесть их. Хочу оттолкнуть его, но он хватает мои руки за запястья и прижимает к полу над головой. Затем набрасывается на меня с поцелуями, я пытаюсь увернуться, кусаю, но Оден не реагирует. Из его рта сочится кровь, но это не останавливает его, он жадно целует мою шею, затем грудь, лижет, оттягивает и кусает соски, от чего я практически лишаюсь рассудка. Всё тело дрожит и горит огнём, злюсь, но понимаю, что не хочу прекращать это, напротив хочется обнять мужчину, прижать к себе настолько сильно, насколько хватит сил, с ужасом осознавая, что ничего не жажду в данный момент так, как впустить мужа в себя, разрешить ему потушить пожар, который уже больно жжет моё лоно изнутри.
– Скажи мне, Мия! – снова приказывает Оден, прекращает ласки и пристально смотрит на меня.
– Я… я… – ловя ртом воздух пытаясь ответить, но не могу связать и двух слов, в голове пусто, только бешенное желание громкими ударами бьётся в висках.
– Можешь не отвечать, я сам сейчас все узнаю и надеюсь не разочаруюсь в тебе.
Мужчина отпускает мои руки отстраняется и широко расставляет мне ноги. Чувствую себя безвольной куклой, которая не в состоянии сопротивляться, от этого становится тошно, но я продолжаю покорно лежать и ждать дальнейших действий, пристально глядя на мужа.
– Красивая, и здесь рыжая словно огонь. – усмехается он и проводит пальцем по моей промежности, утопая во влаге, которая уже стекает по внешней стороне бедра на пол.
Затем обхватывает своей член рукой, придвигает меня к себе и упирается головкой в самый проход в святая святых, куда конечно же никто не проникал. И это не потому, что я хранила верность Одену, это потому что не смогла найти достойного. Сейчас не знаю на руку мне это или нет.