И китайские стихи-ш, и ута, и рэнга, и хайкай — все это, вместе взятое, составляет «изящное искусство слова» (фуга). Хайкай добирается до всего, что остается не использованным первыми тремя, берет все, что им не пригодно. Соловей, поющий в цветах85, в хайкай превращается в соловья, роняющего помет на лепешку86, и таким образом выявляется прелесть времени, когда еще живо воспомина
ние о встрече нового года. Лягушка, живущая в воде87, превращается в лягушку, прыгнувшую в старый пруд88, и в этом плеске выпрыгивающей из зарослей травы лягушки обретается звучание хайкай. Суть в том, чтобы увидеть, чтобы услышать; истина хайкай в том, чтобы чувство поэта тут же превратилось в строфу.
Правила хайкай создавались по образцу правил рэнга и были предметом обсуждения среди наставников. В рэнга существует новый свод правил89. Вместе с добавлениями он принадлежит кисти канцлера Нидзё Ёсимото90. «Нынешний проект»91 является произведением канцлера-монаха Итидзё. Все эти три свода объединил Сёхаку92. Так вот, то, чего в рэнга было пять, в хайкай — четыре, то, что должно было находится на удалении семи строф, стало на удалении пяти93, то есть в хайкай все упростилось. К «Объединенному Нынешнему проекту» были добавлены и правила относительно «китайских и японских строф»94. Все эти правила, вместе взятые, в основном и считались каноническими для искусства хайкай с давних времен. Также в мире есть трактат Тэйтоку о помехах (сдсиди)95, и много других сочинений. Когда я о них спросил, Учитель ответил: «Доверять им трудно». Еще он сказал: «Среди них есть «Слова, непригодные для хайкай» («Хаймугон»У6, в целом — это хорошее сочинение». Тогда я сказал: «Трудно установить порядок, если нет хотя бы правила-сдсмди. Хорошо бы в школе Учителя появилось сочинение на эту тему». На это Учитель ответил: «Надобно вести себя с предельной скромностью. Устанавливать правила и каноны — дело чрезвычайной важности. Однако ежели ты удостоился имени "в тени цветов пребывающего" (хана-но мото)97, то должен положить начало канону, иначе в этом имени не будет никакого смысла. В течение многих поколений создавались разные каноны и правила, но какой в них прок, если люди их не применяют? Устанавливая правила, ты словно говоришь другим — соблюдай мной установленное, а в этом есть нечто бесцеремонное. Что касается правила помех-сасиаи, то оно целиком зависит от обстоятельств. Лучше начинать с более общих правил. Пусть же те из
197
учеников, кто имеет желание, просто запишут то, о чем мы беседуем и что кажется им заслуживающим доверия, позже это можно будет сделать тайными наставлениями для всех, принадлежащих к нашей школе».
Учитель сказал: «Касэн93, к примеру, состоит из тридцати шести шагов. Ни один шаг не должен быть шагом вспять, ведущим в возвращению прежнего содержания (кокоро). Именно желание продвигаться вперед является причиной постоянного изменения содержания». Что касается начальной строфы-хохху, то она первая и в цепи строф, и на свитке, поэтому новичкам следует воздерживаться от ее сочинения. Это записано и в «Высочайшем собрании вось-мислойных туч» («Якумомисё»)99. Я всегда говорил, что строфа должна быть прекрасна по форме-облику (суга-тпа), и высока по достоинству (курой). Прежние наставники предпочитали, чтобы первая строфа свитка была легковесно-проста. Возможно, это зависит и от эпохи. Кроме того издавна, если поэтическое собрание устраивается в новом доме, принято остерегаться таких слов как «сгорать», «воспламеняться» — то есть всего, связанного с огнем. При оплакивании же умершего следует избегать слов: «темный путь», «блуждать», «прегрешение», «наказание», «в лодке», «возвращаться», «тонуть», «бушующие волны». Прежде чем говорить об увечном, надобно убедиться, не препятствует ли тому состав участников. Это касается не только начальной строфы-хохху, но и всех остальных строф. С давних времен считается, что вторую строфу-&дагх}> должен сочинять хозяин собрания. Однако же это тоже зависит от обстоятельств. Начальная строфа-хохэту принадлежала гостю потому, что прежде придавалось первостепенное значение приветствию, с которым гость обращался к хозяину, и это приветствие определяло содержание хокку. Вторая строфа-йгхшсу тоже была приветствием, которым хозяин отвечал на приветствие, содержащееся в хокку. Учитель говорил: «Когда вторую строфу-<?«хику сочиняет хозяин, она имеет вид приветствия». Существует мнение, что даже те строфы, где говорится лишь о снеге, луне и цветах, должны быть проникнуты духом приветствия. Когда в начальной
строфе содержатся приметы одного из трех месяцев, составляющих определенное время года, то и вторую строфу ограничить тем же месяцем должно. Образцом тому является рэнга. В хайкай тоже уделяется этому большое внимание. Учитель говорил: «Ежели в хокку упоминается обстоятельство, связанное с божественными или буддийскими ритуалами, его должно ввести и в вакику. Даже если это обстоятельство не выражено словесно, оно должно присутствовать в содержании...»