Однако могущество и необычайные богатства не порождали в короле высокомерия. Правил он страной справедливо, карал виновных, защищал бедных и был щедр к своим вассалам.
Его жена, королева, была дочерью также всеми почитаемого норвежского государя. Женитьба на ней только упрочила славу юного ирландского князя. К обоюдной радости, родился у них сын, которому дали имя Хаген. Мальчик получил примерное воспитание. Он должен был стать настоящим мужчиной, который сможет постоять за себя в бою, не нарушая при этом рыцарских законов.
Мальчику исполнилось всего семь лет, но он уже постоянно проводил свое время в обществе воинов своего отца. Пусть еще слабыми ручонками, но он уже пытался поднимать меч и защищаться тяжелым щитом. Наблюдая за его стараниями, рыцари добродушно смеялись и высоко поднимали его на руках. Они были уверены, что Хаген оправдает надежды своих родителей.
Однажды королева сказала супругу: «Все желания наши исполняются, однако жизнь при здешнем дворе не слишком радостна. Почему бы нам не повеселиться, не устроить как-нибудь празднества, как это и подобает владетельному государю?»
Король немного подумал и сказал: «Ну что ж, я готов исполнить твое желание. Созовем всех князей моей страны, да и твоих сородичей пригласим. Устроим рыцарский турнир, померимся силами. Победителя я одарю щедро, а уж в кушаньях и яствах различных недостатка не будет. Тем самым мы упрочим наше влияние.
Так и случилось, как обещал король. Однако впервые ирландскому государю изменило чувство меры. Решив однажды устроить празднество, он захотел поразить всех, кто до сих пор слышал о подобных торжествах. Посланцы короля промчались на конях через всю страну, заглянули даже в отдаленные ее уголки и пригласили на праздник тысячи князей и рыцарей. Тем временем свита короля оборудовала перед замком большое новое ристалище. Неделями возили сюда крестьяне бревна и мастерили из них столы и лавки под открытым небом. Число приглашенных было столь велико, что они ни за что не смогли бы разместиться в замке. Стольники и кравчии подготовили богатейший стол для предстоящего пиршества. А королева велела принести новые платья и самые драгоценные украшения из сундуков. Заботливо подобрала она также подарки для гостей. Ведь они должны были сразу почувствовать, в какую могущественную и богатую страну попали.
Так прошли зима и весна. А летом, когда солнце высушило все дороги, наступила пора празднества. Съехавшихся со всех концов королевства гостей одарили богатыми подарками и приняли так, как это и задумали король с королевой. Благодарные гости всячески старались выразить свою признательность и любовь. Князья и рыцари упражнялись в верховой езде. Закованные в доспехи, всадники и кони мчались навстречу друг другу, пытаясь выбить копьем противника из седла. Благородные дамы тем временем взирали на ристалище со стен замка, одаривая победителей благосклонными улыбками.
Хаген наблюдал за турниром горящими от восторга глазами. Как хотел бы он сам принять участие в поединках! Но дамы из свиты королевы строго следили за тем, чтобы он не попал под копыта боевых коней. Они должны были оберегать его от несчастья. Но оно не заставило себя ждать.
На десятый день празднеств, венчая торжества, выступил прославленный миннезингер. Благозвучными словами воспел он славу супружеской королевской паре, отдал дань мужеству князей и рыцарей и повеселил гостей забавными песнями. Дамы, которым было поручено присматривать за Хагеном, зараженные общим весельем, тоже присоединились к гостям. Ускользнув из-под их опеки, мальчик выбежал на пустынное ристалище. Но для него оно не было пустынным. В воображении Хагена со всех сторон мчались на него вооруженные рыцари. И разве это не он восседал на благородном боевом коне, отражая удары своим тяжелым щитом и низвергая нападающих в пыль? В своих мечтах Хаген уже давно стал взрослым и превосходил всех в храбрости и ловкости. Он был так погружен в игру, что не замечал ничего вокруг.
И вдруг какая-то тень накрыла землю; поднялась буря, увлекая вверх песок и даже камни — с неба опустился огромный дикий гриф. Это его могучие крылья заслонили солнце, и от их взмахов разразилась буря. Хаген с диким криком бросился бежать, но гриф схватил его своими когтями, поднял на головокружительную высоту, а затем полетел против ветра в сторону солнца.
Крик мальчика оборвал песнь миннезингера. Застыв от ужаса, стояли, уставившись на страшного похитителя, отважные мужчины и охваченные состраданием женщины. Мать Хагена погрузилась в пучину глубокой тупой боли. А король так рыдал о своем сыне, что слезы, стекая по густой бороде, обильно орошали его грудь. Наконец он собрался с силами.