Хорошо знакомая Дэну парковая аллея, освещенная скупым светом вечерних фонарей, казалась совершенно безлюдной. Снова стояла звенящая тишина, только ледяная корка хрустела под ногами.
– Похоже, Дэн, ты облажался, – раздался сзади ехидный голос.
Парень молниеносно оглянулся – за его спиной на дорожке к дельфинарию стоял Феликс и не скрывал глумливой усмешки. «Вот шут гороховый!» – со злостью подумал Дэн.
– О чем ты? – бросил он с вызовом.
– Маша успела предупредить глухонемую, а ты не уследил.
– Маша неопытна и вряд ли сможет на что-то повлиять!
– Равно как и ты, – продолжал насмехаться Феликс и тут же мечтательно закатил глаза. – Как это восхитительно – совращать ангела! Маша такая свежая, такая чистая. Оставь ее мне!
Дэн даже дернулся от ненависти.
– Размечтался! – процедил он.
– Если тебе не удастся завладеть душой Маши, она никогда не будет с нами.– Думаешь, я хочу стать бессмертным и быть таким, как ты?! – рявкнул Дэн и, не дождавшись ответа, круто развернулся и быстро зашагал прочь.
– Ох уж эти подростки! – Феликс скорчил рожу ему вслед и вновь мечтательно поднял глаза кверху. – То ли дело мы с Марго – вечная испепеляющая страсть!
Глава 7 Темная сторона души
Марго сидела на скамейке у монастыря и плакала – громко, навзрыд. Ее расчет оказался верен – вскоре послышались приближающиеся шаги, и из темноты вышел послушник Антон. Марго сжалась комочком, уткнула лицо в колени и затряслась в рыданиях.
– Простите, что случилось? – спросил Антон, увидев это живое воплощение горя и страданий. Но когда Марго подняла голову, он в испуге о: тшатнулся:
– Вы?..
– Простите! Простите меня! – возопила Марго и, недолго думая, хлопнулась перед опешившим послушником на колени. – Я не хотела оскорблять ваши чувства своими проблемами! Я знаю, что оскорбила ваш слух своими рассказами… Простите меня!
– За что мне вас прощать? – пробормотал Антон. Он наклонился, пытаясь поднять эту кающуюся грешницу на ноги, и при этом вновь ощутил дразнящий аромат ее духов. – Хотите, я провожу вас к батюшке, он исповедует вас…
– Это бесполезно, исповедь мне не поможет! – покачала головой Марго, сидя прямо на снегу. – Все, кто исповедует, говорят одни и те же слова – так холодно, так отстраненно… Легче не становится!
Все-таки Антону удалось ее поднять, и она сразу же стыдливо потупила глаза.
– Вы очень замерзли, – сказал послушник. – Давайте я провожу вас в храм.
– Я недостойна быть в храме, – смиренным тоном ответила Марго. – И простите меня еще раз за сегодняшнее!
– Я не держу на вас зла.
– Спасибо. Я чувствую себя обманутой и одинокой. Иногда выслушать и понять дорогого стоит! – полным страдания голосом ответила Марго, после чего, пошатываясь, сделала пару шагов по тропинке. – Я сегодня хотела свести счеты с жизнью, но вы спасли меня, просто выслушав и не оттолкнув от себя. Я очень признательна за это.
Антон топтался на месте, не зная, что ответить этой странной женщине, но она кивнула на прощанье, развернулась и пошла к выходу.
Противоречивые чувства боролись в этот момент в душе послушника… Задумавшись, сделал он шаг к монастырю, но тут его нога зацепилась за что-то мягкое. Это оказалась женская сумочка, которую он уже видел у незнакомки. Антон бросился было к выходу, желая вернуть ее хозяйке, но тут впереди послышался шум заводимого двигателя, и в следующий момент большой черный джип покатил прочь от монастыря. Антон добежал все-таки до ворот, но лишь для того, чтобы убедиться: странная незнакомка уже уехала. Тогда он сунул сумочку под куртку, еще раз огляделся вокруг и не спеша пошел к монастырю.
Никем не видимая, Марго наблюдала за ним из-за заснеженных кустов, и на лице недавней «кающейся грешницы» больше не было ни раскаяния, ни страдания. Проводив презрительной ухмылкой будущего монаха, которого ей так и не удалось совратить, коварная обольстительница покинула монастырский двор.
– Зачем ты туда ходила? – послышался вдруг за ее спиной хорошо знакомый голос.
Марго остановилась, медленно повернулась. В нескольких метрах от нее, отбросив назад капюшон, стоял Ян, и лицо его было сурово.
– Вела занимательную беседу о спасении души с одним очень интересным человеком, – язвительно ответила она.
– Разве у тебя есть душа, Марго? – в голосе Яна, как ей показалось, промелькнуло не осуждение, а сочувствие. Или, может быть, что-то еще?
– Раньше ты в это верил, – уже серьезно сказала Марго, неспешно подходя к Яну, который не сходил с места. – Что ты ко мне чувствуешь, Ян?
– То же, что и всегда, – своим обычным мягким тоном ответил он.