– Уходи, а то еще что-нибудь разобьешь! – насупился брат и отобрал у нее собранную мелочь.
– Куплю я тебе свинку, не плачь! – пообещала Маша и побежала к себе.
Это определенно был знак, и с этим следовало разобраться. Маша схватила Книгу и раскрыла ее. Там снова красовался клоун со злой гримасой.
– Взрывающаяся свинья и злой клоун – вот это сочетание! – пробормотала Маша и попыталась сосредоточиться, как в прошлый раз.
И у нее получилось. Снова детский смех – и колба с какой-то жидкостью. Откуда-то была уверенность, что это нитроглицерин.
Маша открыла глаза и прямо перед собой увидела Яна. В первый момент она испугалась и чуть со стула не рухнула:
– Ян! Чем может помочь людям заикающийся ангел с нервным тиком?!
– Он может рассмешить, – улыбнулся тот.
– Лучше бы помог со знаками, мистер шутник! Что означает клоун? А колба? А свинья? О, как я хорошо знаю этот взгляд – я должна во всем разобраться сама, да? Но я же отговорила Алексея от убийства, почему меня до сих пор преследуют свиньи?
– Не закрывай глаза, – посоветовал Ян. – Держи их открытыми, и тогда решение придет к тебе само. Чтобы стать сильным ангелом, нужно развивать свои способности.
– Да я только этим и занимаюсь…
Но тут вошла мама, и Ян исчез.
Тем временем Алексей Смирнов стоял у окна в коридоре бизнес-центра и уныло смотрел на улицу.
– Сегодня у тебя дебют! – объявила Кира, выходя из-за угла.
– Я думал, твои бредовые идеи выветрились с парами алкоголя!
– Не забывай, что мы заключили договор и этот «бред» ты подписал кровью! – серьезно напомнила она, кивнув на его забинтованную руку. – Сегодня мы отомстим Марьяне, и я исполню свою часть договора.
– И в чем заключается твой коварный план? – усмехнулся Смирнов.
– Сегодня день рождения Марка, сына Марьяны. Праздник будет здесь, в детском саду. Будут дети, родители, друзья… свиньи…
– И?
– И ты отдашь мне то, что обещал! – томно шепнула Кира и страстно поцеловала Алексея. Тот ответил на поцелуй, и они долго не выпускали друг друга из объятий, не обращая внимания ни на сотрудников, ни на Ингу, которая выглянула в коридор, коротко ахнула и убежала.Грустная и задумчивая, Маша подходила к гимназии, когда кто-то дотронулся до ее плеча:
– Привет.
Это оказался Дэн. Только сейчас он выглядел слишком серьезным и, казалось, был чем-то подавлен. От былой самоуверенности не осталось и следа.
– Что-то случилось?
– Я хотел извиниться за то, что произошло у меня дома, – ответил он, глядя в землю. – Я не сдержался… Прости меня.
– Давай сделаем вид, что ничего не произошло, – добродушно кивнула Маша и сделала пару шагов к гимназии. – Пойдем? А то на улице холодно.
Но Дэн остался стоять на месте.
– Маша… – тихо сказал он. – Я не смогу больше ходить в школу.
– Но почему?!
– Я еще не говорил об этом с отцом, – казалось, Дэну с трудом дается каждое слово, – но для себя уже все решил. Я уеду.
– Куда? – изумилась Маша.
– В другой город или страну… Еще не знаю.
– Ты ведь это не серьезно?!
– Я не могу каждый день возвращаться сюда, ходить по этому коридору, вспоминать, что случилось с Лизой… Это так тяжело.
– Так ты пришел попрощаться? – дошло до Маши. – Я больше никогда не увижу тебя?
Дэн чуть заметно кивнул, не поднимая глаз. Ему особенно тяжело было сейчас врать. На самом деле причина его бегства крылась не в тяжелых воспоминаниях, а в том, что от него требовала Марго. Маша, милая Маша… Он не мог с ней так поступить.
Дэн решительно развернулся и зашагал прочь.
– Дэн, подожди!
Он нехотя обернулся.
– Я не могу поверить в это… – Маша не находила нужных слов. – Неужели ты… даже не поцелуешь меня на прощанье?
Дэн медленно подошел к Маше, взял за плечи. Она закрыла глаза, ожидая поцелуя… Он поцеловал ее в щеку – нежно и целомудренно.
– Прощай, Маша…
Закрыв руками лицо, он резко отвернулся и, не оглядываясь, ушел. Начинался снегопад, и темная фигура Дэна быстро растаяла в снеговой круговерти.Перед началом занятий директриса собрала в холле всех учеников.
– Я не хочу обсуждать то, что вы и так знаете, – начала она. – Поговорим о каждом из вас – и о нас в целом… Вы должны продолжать учиться, жить, общаться. И ваша дружба должна быть главным доказательством того, что такое больше никогда не повторится.
Ребята внимательно слушали ее речь. Под конец почтили память Лизы минутой молчания и отправились на урок.
Маша вошла в библиотеку. Там было темно, только слабый свет из-за плотных штор немного разгонял полумрак. Внезапно ее взгляд упал на фотообои на стене, на которых в черно-белом изображении была нарисована заснеженная аллея. Высокие старые деревья стояли в ряд. А за деревьями… Нет, Маше не показалось – там она увидела тоненькую девичью фигурку в длинной белой рубахе. И… эта фигурка шла вперед по аллее, приближалась! Маша узнала в ней Лизу и в ужасе отскочила к выходу.