Я не чувствую своих ног и все еще витаю где-то в другом месте, но не здесь. Он видел мою грудь и то, как я кончаю от своей же руки, но почему-то эти вещи совсем не пугают меня, пока он рядом, потому что он — это единственное, в чем я сейчас нуждаюсь больше всего.
— Мистер Кинг, — шепчу я, ощущая, как прохладная вода соприкоснулась с моим телом.
— Я здесь, — шепчет он мне.
Его рука поднимается к моему лицу, а затем губы касаются уголка моего рта всего на мгновенье.
Мне мало его. Совсем мало.
— Я буду ждать тебя в столовой, — проговаривает он и, выйдя из душевой кабинки, закрывает стеклянную дверь, через которую я все еще вижу, как он скидывает полотенце со своих бедер и выходит из ванной комнаты.
Я присаживаюсь на пол душевой кабины и подставляю лицо под струи воды. Мне кажется, что это отрезвит мой разум, но все лишь становится хуже, потому что я удовлетворена не до конца.
Тянусь рукой к гелю для душа и, поднявшись на ноги, скидываю трусики. Намыливаю тело и смываю все теплой водой. Провожу руками по телу и останавливаюсь там, где все еще несдержанно хочется мужской ласки.
Прислоняюсь спиной к стеклу и снова вхожу в себя, ускоряя темп. Хрипло выдыхаю, когда меня настигает второй оргазм, и откидываю голову назад, приводя свое дыхание в норму.
Теперь легче. Немного, но легче.
Выключив воду, выхожу из кабины и вытираюсь полотенцем. Накидываю поверх голого тела атласный пеньюар, оставленный на вешалке возле зеркала, и, дернув за ручку двери, направляюсь в столовую.
Почти бесшумно сажусь на высокий стул и наблюдаю, как мистер Кинг отпивает немного сока, смотря на экран телевизора, где показывают новости. Поворачивается ко мне профилем, а затем и вовсе лицом.
— Ты делала это снова, — срывается с его губ, когда он на секунду задерживает взгляд на мне.
— Что? — хмурю я брови.
— Ты слишком разрумянилась, Куинн. Ты сделала это без меня, — до меня доходит смысл его слов, и я пытаюсь найти место, куда могу спрятать свой стыд.
— Я не понимаю, о чем Вы, — бубню я.
— Когда соберёшься кончить еще раз, предупреди меня, ладно? — криво улыбается он и ставит стакан на стол.
О Боже!
Мне не стыдно делать это перед ним, но делать это одной думая о нем…Боже, это ужасно стыдно.
— Эй, — шепчет он, схватившись кончиком указательного пальца за мой подбородок, приподняв его. — Не вынуждай меня делать это снова.
Мистер Кинг буквально на секунду касается моих губ и отходит назад, оставив меня с приоткрытыми влажными губами, нуждающимися в нем. Я настолько голодна, что готова оставить мокрые поцелуи на каждом отдельном участке его тела. Даже на том, которого я еще не видела.
Он присаживается за барную стойку напротив меня и отпивает немного сока, пока я все еще чувствую себя ужасно, наблюдая за тем, как он облизывает нижнюю губу.
— Мистер Кинг, — начинаю я, и он смотрит мне в глаза. — На кого вы работаете? Какие-то правоохранительные органы?
— Близко, — улыбается он.
Я хмурюсь. Одного его слова недостаточно, чтобы отвлечь меня от совсем грязных мыслей.
— Полиция?
— Бери выше, — проговаривает он и оборачивается на шум справа от меня.
— ЦРУ? Какая-то программа защиты свидетелей?
Мистер Кинг усмехнулся, а затем его взгляд метнулся в сторону чего-то шипящего, и первое, что я успела заметить, - это то, что столовую начала заполнять белая дымка. Мужская рука вцепилась в мою, и меня буквально столкнули со стула, впихивая в стеклянную дверь, которая шла на сад и бассейн в нем.
Я цепляюсь за мистера Кинга и чувствую, как в мое правое плечо впивается острый осколок битого стекла, а затем по ушам ударяет плотность воды, но даже через нее спускаясь почти ко дну бассейна слышу, как гремят несколько десяток выстрелов.
Мне становится критически мало воздуха, поэтому я тяну руки к краю бассейна, но волна, которая образовалась из-за того, что что-то тяжелое и плотное упало в бассейн толкает меня к самой стене, и я ударяюсь затылком.
Вижу перед собой мужские руки, белую майку, как прозрачная вода окрашивается в красный цвет, и темнота.
Наверное, после этого я искренне надеюсь, что уже мертва. Потом на секунду задумываюсь, есть ли у меня повод уходить из жизни, и прихожу к выводу о том, что я все еще жива, потому что чувствую ноющую боль в правом плече.
— Как это произошло?