— Моя вина, — слышу я мужской и низкий голос.
— Мистер Кинг, я задал иной вопрос. Как это произошло?
— Что вы имеете ввиду, мистер Браун? — голос мистера Кинга похолодел.
— Как девушка получила порез? Лишь это я хочу знать.
Стараюсь открыть глаза, но с первого раза выходит это не очень ужасно. Причмокиваю губами проверяя, не лишилась ли я дара речи.
— Я поскользнулась, — шепчу я и замечаю, как доктор оборачивается ко мне, вскинув бровь.
— Её полное имя, мистер Кинг? — не сводя взгляда от меня, спрашивает Браун.
— Куинн Элизабет Митчелл, — проговаривает мистер Кинг, взглянув на меня.
На его лице нет ни тревоги, ни страха, он лишь улыбается мне уголком губ и опускает взгляд немного ниже. Я делаю так же, и замечаю, что мое голое тело прикрыто лишь какой-то тканью.
Господи, он вновь видел меня голой? А точнее, в этот раз без трусиков.
— Дождитесь окончательных результатов анализов, — твердо проговорил Браун и направился к белой двери, скрывшись за ней.
Я оборачиваюсь, взглянув на мистера Кинга, и хмурю брови. Он опять исследует меня взглядом, а затем садится рядом со мной на кушетку.
— Как себя чувствуешь, Куинн?
— Лежа голой под какой-то непонятной тканью? Довольно паршиво, — шепчу я и пытаюсь приподняться, но все мое тело ломит от жуткой боли.
— На тебе есть нижнее белье, Куинн, я успел его взять для тебя, — улыбается он уголком губ, а я широко распахиваю глаза. — Извини, с размером бюстгальтера я еще не разобрался.
Мне хочется стыдливо прикрыть лицо ладонью, но моя правая рука все еще болезненно ноет, поэтому я лишь отворачиваюсь и наблюдаю за тем, как в палату возвращается Браун.
— Ваши анализы в порядке, миссис Митчелл, — оповещает доктор и переводит взгляд на мистера Кинга. — В следующий раз будьте осторожны.
— Конечно, — отвечаю я, в надежде, что больше никогда не окажусь в этой палате ни при каких обстоятельствах.
Доктор кивает и вновь выходит из палаты, а мистер Кинг поднимается с кушетки, потянув руки за двумя пакетами на полу. Достает оттуда кремовое кружевное платье, а из другого кремовые туфли на шпильке.
— Тебе помочь встать? — интересуется он, подходя ко мне.
Я отрицательно качаю головой и ступаю босыми ногами на прохладный пол, прикрываясь этой тканью.
— Хочешь надеть это, поверх нее? — вскидывает бровь мистер Кинг и смотрит на меня, как на девушку со странностями.
Все что ему нужно, Куинн, он уже видел. Расслабься.
Но когда я скидываю ткань на пол, то чувствую ту, внезапную тягу внизу живота, потому что стою в одних трусиках, как и сегодня утром в душе. Воспоминания возвращаются вихрем в мою голову, и я задерживаю дыхание, когда он расстегиваю замок на платье.
— Подними руки, — сладко шепчет он, и я слушаюсь.
Мое дыхание учащается, а сердце набирает обороты.
Лишь то, что я стою перед ним почти обнаженной уже выбивает меня из привычной колеи.
Молюсь, чтобы он наклонился и коснулся губами моей шеи, моей груди и там, где уже мокро. Прямо сейчас.
Но он всего лишь надевает мне платье, и обняв двумя руками застегивает замок на платье, шепча на ухо:
— Не вздумай это сделать без моей помощи.
— О чем вы? — спрашиваю я.
Он лишь улыбается кривой улыбкой и отстраняется от меня, протянув руку.
Обув в туфли, я следую за ним по белому коридору и в отражении зеркала замечаю свои разрумяненные щеки. У меня на лбу написано, как сильно я возбуждаюсь, как только он находится рядом со мной.
Прикрываю лицо пеленой волос и выхожу вслед за ним из лифта, пытаясь успокоить свои бурные мысли по поводу его тренировочных штанов и облегающей белой майки. Это все слишком даже для меня. Даже для той, которая кончила с утра от того, что ей так приказал сделать этот мужчина.
Весь пусть от больницы до ресторана я молчу как рыба, пытаясь настроиться на тот ритм, с которого он меня сбил, пока не решаю прислушаться к разговору его и Кларка.
— И надолго это может затянуться? — интересуется мистер Кинг.
— Восстановление вашей мебели и набор новой охраны дело нелегкое, мистер Кинг.
— Что произошло сегодня утром? — срывается с моих губ, и он тут же оборачивается ко мне.
— Нас навестил твой муж, — поясняет он. — Закинул дымовую шашку, чтобы отвлечь внимание, а затем собирался расстрелять.