Жаль, что это происходит не так долго, сколько бы хотелось, потому что меня тошнит. От страха, трусящихся рук и нехватки воздуха, выворачивает наружу, как только я успеваю добежать до ванной комнаты.
Включаю воду в душе и, скинув платье к ногам, прислоняюсь спиной к стеклянной стене кабины, позволяя теплым каплям воды стекать по моему телу.
Если со мной случится что-то подобное этой ночью, завтрашним днем или в ближайшие несколько суток, то я сойду с ума.
Говорить то, что за день прошло слишком много, неуместно. Потому что норма приключений, которые со мной когда-нибудь случались, заканчивались четвертью сегодняшнего утра.
Больше всего на свете я хотела сейчас укутаться в теплое одеяло, подобрать под себя ноги и положить голову на мягкую подушку, ощущая теплые мужские объятия, которые чувствовала первые несколько дней после нашей с Марком свадьбы.
Но я была уже не та. Марк был не тот. Все это казалось смутным и потерянным где-то в далеком прошлом, которое я хотела забыть, как страшный сон.
Выключаю воду и, выйдя из душевой кабины, накидываю мягкий, махровый халат. В маленькой комнате включены две настольные лампы по обеим сторонам кровати. Мистер Кинг поднимает голову и наблюдает за тем, как я присаживаюсь на противоположный край кровати, опускаясь на ее твердоватую поверхность всем своим телом.
Прикрываю глаза и желаю оказаться в другом месте, потому что не имею ни малейшего понятия, что должна делать дальше.
Свет сзади меня потухает, и мужская ладонь ложится на мое бедро. Он немного ерзает на кровати и пристраивается сзади меня.
— Мистер Кинг?
— Да, Куинн?
— Сколько еще раз мне придется прощаться с жизнью, прежде чем я уйду навсегда?
Я чувствую, как он приподнимается на локтях, а затем, накрыв ладонью мое плечо, поворачивает меня к себе лицом.
— Не смей у меня такое спрашивать, Куинн. Не смей даже думать об этом.
Я тяжело сглатываю, наблюдая за тем, как его брови сошлись на переносице.
— Он ведь не оставит меня в покое?
— Я больше не допущу того, чтобы он сделал тебе больно, — тихо проговаривает он и касается кончиками пальцев моей щеки. — Ты доверяешь мне?
Я сглатываю и задерживаю взгляд на его влажных губах.
— Доверяю.
— Тогда скажи мне, что я должен сделать, чтобы тебе стало легче? — интересуется он и ведет кончиком пальцем от щеки к подбородку.
«Взять меня», — мысленно шепчу я и жадно наблюдаю за его губами.
— Поцеловать меня, — слетает с моих губ, и я задерживаю дыхание.
Он наклоняется чуть ниже, и касается губами моей щеки.
— Ниже, — выдыхаю я, захватывая губами легкие.
Мистер Кинг аккуратно проделывает дорожку поцелуев от моей щеки и до шеи. Замирает и будто ждет дальнейших указаний.
— Попробуй меня, — приказываю я и боюсь, что он не сделает этого.
Чувствую, как что-то колкое касается моей шеи и вздрагиваю. Это его щетина, и я незамедлительно хочу приказать ему оказаться там, где становиться мокро.
Он приоткрывает влажные губы и покусывает кожу на моей шее. Оставляет маленький засос и перекидывает ногу так, чтобы я была полностью под ним. Вот как оно, быть под самим мистером Кингом.
— Скажи мне, Куинн, — шепчет он.
— Возьми в ладони мою грудь, — задыхаюсь я, и он тянется к ремню на халате, открыв меня для себя полностью обнаженной. Кладет ладони на мою грудь и сжимает ее.
Я выгибаюсь под его сильными руками ему навстречу и чувствую, как мое тело жаждет чувствовать его. Прижиматься к нему.
Мистер Кинг наклоняется и, прикусив сосок на правой груди, тянет его, затем облизывает и снова тянет.
— Ниже, — шепчу я. — Прикасайся ко мне ниже.
Замечаю на его губах хитрую улыбку, а в глазах построение какого-то плана.
Он раздвигает мои ноги шире и опускается, прислоняясь своим возбужденным и твердым членом к моему клитору. Делает толчок, и я сбиваюсь с привычного ритма дыхания. Еще один, и мой живот скручивает в тонкий узел от возбуждения.
Я кладу руки на его ягодицы, и поднимаю ноги выше желая, чтобы он вошел в меня.
Его руки блуждают по моему телу, но он не снимает свои боксеры. Его член становится более твердым, и я готова содрать с себя кожу, лишь бы он оказался на мне.