Я откидываю голову на её плечо и, прикрыв глаза, испускаюсь в её руку, тихо подшептывая её имя.
Куинн… Моя маленькая, извращенная и ненасытная Куинн.
Поднимаю голову и наблюдаю за тем, как она берет пальчиками немного моей спермы и слизывает её, как лакомство.
Поверь, Митчелл, теперь я готов трахать тебя сутки напролет. И это буду делать я и только я.
Я оборачиваюсь к ней, касаясь членом ее бедра, и прижимаю как можно сильнее к себе, впиваясь губами в её сладкие и покрасневшие от терзания губы.
Моя, моя и только моя.
POW Куинн
Так, как целует меня он, никто и никогда не целовал меня. Слишком возбужденный, вспотевший мистер Кинг впился в мои губы так, будто это последнее, что он может попробовать в своей жизни с полным наслаждением.
Я прижалась к нему так плотно, как только смогла, ощущая его возбужденный член, который упирался в мое бедро. Еще несколько сантиметров, и, вот, он во мне. Все такой же горячий и твердый.
— Останови меня, Куинн, — шепчет он.
Но я не хочу этого делать, поэтому не отпускаю.
— Останови, — снова просит он и спускается губами к моей груди.
Если он спустится еще ниже, тогда я точно не смогу его остановить. Поднимаю руку, обхватив его лицо ладонями, и отстраняюсь от него. Он смотрит на меня в замешательстве, а потом потихоньку будто осознает, что именно этого и просил.
Что-то ужасно тянет меня посмотреть вниз, дотронуться до него, но я, стиснув зубы, держусь.
— Все в порядке… Джейсон? — тихо спрашиваю я, и он захватывает воздуха в легкие, кивнув.
— Не хочешь принять душ? — спрашивает он, и я опускаю голову, взглянув на свое бедро.
— И это ты говоришь мне? — вскидываю я бровь, оценив его положение.
Джейсон улыбается кривой улыбкой и облизывает губу.
Джейсон…
Как непривычно даже в мыслях произносить его имя. Только имя.
— Вдвоем?
«Останови меня, Куинн» — перематываю я его слова.
— Вы первый, — улыбаюсь я и замечаю, как он хмурится.
Иногда мне кажется, что, если я еще раз назову его мистером, он поставит меня к стене и поимеет до жалких стонов.
Но называть его Джейсоном… невозможно. Я так плохо его знаю…
И тут до меня дошла абсурдность всей ситуации. Я почти не знаю его. Даже не почти, я совсем не знаю его, кроме того, что это его дом, у него был охранник, и то, что он защищает меня от Марка.
Это кажется каким-то бредом, а не правдой. Не тем, что произошло со мной за эту неделю.
Мистер Кинг скрывается в ванной комнате, а я натягиваю халат, отпив немного сока со стакана, который он держал до того, пока не кончил в мою руку.
— Твою мать, — выругалась я и прикрыла рот ладошкой.
Больше никак я не могла оценить эту ситуацию.
Я дрочила незнакомому мне мужчине? И я стала употреблять бранные слова. Всё очень плохо.
Поднявшись наверх, я взяла новое нижнее белье и чистое полотенце. Спустившись вниз, обнаружила, что мистера Кинга уже не было в ванной комнате, поэтому решила занять её сама.
Легкий летний душ и несколько минут, уделенные сушке волос, привели меня в подобающий вид.
Я не могла найти ни одну свою вещь, ни один чемодан, который видела несколько дней назад, но зато мой шкаф был заполнен новыми вещами по нужному размеру. Видимо, теперь и с размером бюста тоже разобрался.
Надев поверх нижнего белья его майку, которую он оставил на кресле, я направилась вниз, как остановилась на лестнице, услышав женский голос.
— Время идет, а дело не двигается, Джейсон, — проговаривает девушка, и этот голос кажется мне знакомым. — Три трупа за вчера это не то, о чем мы договаривались. Ты злишь Диллинжера, и теперь даже у меня ему небезопасно.
— Мне нужно было время, чтобы она освоилась.
— Освоилась в чем? В твоей постели? — интересуется она, а я тяжело сглатываю. — Тебе поручили вытащить из нее информацию, а не трахать и днем, и ночью.
— Я не трахаю её день и ночь.
— Думаешь, это незаметно? Ты даже перестал смотреть на меня, как на девушку.
Я слышу чей-то смешок и понимаю, что сидеть здесь нет смысла.
Спускаюсь вниз и замечаю удивленный взгляд Сантаны на том, что на мне надето. Черт! Я и забыла.
— Миссис Митчелл, — улыбнулась она, выделив слово «миссис».
— Доброе утро, Сантана, — улыбнулась я, держась, как никогда, уверенно, наверное, потому, что потрясающий мужчина, сидевший за баркой стойкой уже в костюме, просил сегодня утром остановиться меня, а не тебя, Сантана.