Выбрать главу

Засунув куда подальше свои восторженные мысли, я спросила:

— Он всех своих жен заставлял так нелепо наряжаться?

Самая разговорчивая девчонка отвела взгляд , явно испытывая неловкость. Ну и пусть ! Испытывать неловкость куда приятнее, чем лишаться головы. Или как там они еще избавляются от женщин.

При очередном воспоминании о том, чем должна закончится эта ночь, я до боли вонзила ногти в ладони, оставляя на коже кровавые полумесяцы. Лицо превратилось в маску безразличия. По крайней мере, мне бы хотелось верить в это. Не хочется в последние мгновения выглядеть трусливой и жалкой. Я пройду это испытание достойно.

Раздался неуверенный стук в дверь . Мы синхронно повернули свои головы. Мое сердце дико заколотилось в груди.

— Я могу войти?- знакомый до боли голос пронзил тишину, дав мне возможность немного выдохнуть от облегчения.

— Этна, как ты сюда попала? ­­­— с неподдельным испугом спросила я.

Женщина не спеша вошла в покои, прихрамывая на правую ногу. В ее волосах серебрилась седина, а спина была сгорблена. Ее потускневшие глаза разглядывали мое одеяние с настороженностью. В них читался испуг и обреченность. В руках Этна держала небольшой сверток, который она протянула мне на вытянутой ладони.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что-то случилось с Арьей? ­­­— быстро поинтересовалась я , даже не попытавшись обуздать тревогу.

— Она в безопасности, дитя мое, ­­­— грустно улыбнулась женщина. ­­­— Я не разрешила ей сопроводить меня , хотя она до последнего боролась за это право.

— Тебе не следовало приходить . Сестра нуждается в тебе. Обещай, что не оставишь ее в одиночестве сегодня ночью и будешь оберегать ее.

Я взяла теплые морщинистые руки в свои ладони и крепко сжала, глядя в такие родные заботливые глаза. Этна заменила нам мать. На этом свете нет добрее человека, чем эта женщина.

—Ты ведь знаешь свою сестру, дитя мое. Не в моих силах давать тебе такие обещания, но я сделаю все, что смогу, ­­­— ее узкие сгорбленные плечи вздрагивали от рыданий . ­­­— Эйлин, мой лепесток, как же нам жить без тебя.

— Будь сильной Этна. Ради Арьи, ради себя и ради меня, ­­­— не дрогнув голосом произнесла я , стирая слезы с любимого лица.

— Буду. Мы сделаем все то, о чем ты нас просила.

— Мы еще увидимся. В другой жизни. Передай Арье, что я всегда буду любить ее, где бы я не находилась.

Этна кивнула, стирая рукавом поток слез с лица. Ее не покинуло выражение полное муки, но она проговорила :

— Этот сверток - последний подарок от нас с Арьей. Пусть он будет с тобой и напоминает тебе о доме в самый страшный момент.

Мне пришлось приложить не мало усилий для того, чтобы не разрыдаться на глазах у женщины вырастившей меня. Мы обе понимали, что это наша последняя встреча.

Служанка громко откашлялась, привлекая наше внимание и намекая на то, что наше время истекло.
Этна в последний раз сжала мои руки в своих ладонях.
­­

— Я люблю тебя , мой лепесток.

— И я тебя люблю. Спасибо за все, что ты для меня сделала.

Дав волю эмоциям женщина разразилась рыданиям и вышла за дверь больше не оборачиваясь.
В комнату вошли трое охранников, готовые сопроводить меня к моей кончине. Будто я сама не смогу дойти или у меня есть возможность сбежать.

Сражаясь с подступившими слезами , грозившими оставить дорожки разводов на моем разукрашенном лице , я прижала ладошки к груди случайно задев кончиками пальцев драгоценности, украшавшие мою шею и плечи. Сейчас они напоминали кандалы , усыпанные сотней драгоценных камней. Все так и есть. Это кандалы, а я всего лишь пленница. Рабыня, проданная чудовищу. Хотелось содрать с себя все эти ненавистные побрякушки и забыть о своем рабском положении .

Гнев успокаивал мой страх. И служил напоминанием о том, что я не стану очередной жертвой. Я стану последней и положу конец череде несправедливых казней.

Кивнув охранникам, я двинулась по величественному коридору в сторону своего палача.

Глава 2

Когда процессия достигла массивных дверей, ведущих в тронный зал, мое сердце заколотилось в бешеном ритме. Сжав в руке подарок Этны, я сосредоточилась на своей цели, стараясь не обращать внимания на зловещий скрип дверных петель.

На противоположной стороне обширного зала стоял он - правитель южного двора драконов.

Говорят, дворов всего четыре. И все их правители - безжалостные чудовища, убивающие женщин и даже детей ради забавы.