Джон пожал плечами, словно защищаясь.
— Он первым ударил меня.
— После того как ты оскорбил меня и обвинил его. И ты также засунул свой язык в горло моей маме перед всеми студентами и их родителями. Хочешь, чтобы я продолжила? Я думаю, что смогу вспомнить еще, и очень быстро.
Гнев заполнил его глаза, но он справился с ним.
— Ты себя не сдерживаешь, да?
Она послала ему кривую улыбку.
— Это я еще сдержалась.
— Общаться с тобой одно удовольствие. — Сказал он. — Но все же мне кажется, что проблема в том, что твоя мама нравится мне, а я ей. Я думаю, что не открою тайну, если скажу, что нам будет полезно подружиться.
Кайли наклонилась к нему.
— Я не открою тайны, если скажу, что ты знаешь мою маму недостаточно долго, чтобы так говорить со мной.
Кайли могла поклясться, что его глаза вспыхнули. В нечеловеческом смысле. Она сдвинула брови, чтобы проверить его паттерн.
Был ли он человеком?
Его человеческий паттерн был очень ясным. Не то, чтобы он не мог быть хамелеоном, но…
Ярость окрасила его глаза в черный цвет.
— Это может, закончится плохо для твоей мамы. — Его слова были настолько холодны, что угроза пробудила инстинкт Защитника у Кайли.
— Что ты имеешь в виду? — она сжала кулаки.
Он отвел взгляд, стараясь успокоить себя. Когда он снова посмотрел на нее, его глаза были нормальными.
— Только то, что наши разногласия причинят твоей маме боль.
Она смотрела ему прямо в глаза. И, Боже помоги ей, но она чувствовала, что он лжет, что его слова были угрозой. Она попыталась успокоить гудение в своих венах, но не смогла. Поверх плеча Джона она видела свою маму, вышедшую из туалета.
Она перегнулась через стол и прошептала Джону.
— Если кто-нибудь попробует навредит моей маме, они умрут, сожалея об этом.
И в тот момент Кайли знала две вещи: она могла стать Святым Воином. Потому что, если Джон хоть пальцем тронет ее маму, она сможет и убьет его без сожалений. И второе, она просто не могла умереть, только не сейчас. Нет, если это означало оставить ее маму наедине с этим засранцем.
— Все в порядке? — Ее мама подошла к столу, очевидно заметив напряжение.
Кайли ждала, чтобы увидеть как Джон отреагирует на это.
— Все хорошо. — Сказал Джон. — Мы просто болтали. — Он поднялся. — Думаю, нам пора.
Они встали, но страх за ее маму креп в ней с каждым шагом. Кайли не могла позволить свой маме уйти с этим парнем, только не без предупреждения. Она взяла маму за руку.
— Я хочу тебя кое с кем познакомить.
Джон обернулся.
— Дашь нам минутку? — Кайли послала Джону предупреждающий взгляд.
Он помедлил, но потом сказал.
— Я подожду около машины.
Кайли смотрела как он уходит, желая, чтобы он также ушел из жизни ее мамы.
Ее мама огляделась.
— С кем ты хочешь меня познакомить?
— Мам, я знаю, что тебе не понравится то, что я скажу, но Джон пугает меня. Я волнуюсь о твоей безопасности.
— Пугает тебя? — спросила мама. — Я не понимаю. Что он сделал?
— Я не доверяю ему. От него у меня мурашки. И я хорошо разбираюсь в людях.
Обида промелькнула в глазах ее мамы.
— И я тоже, юная леди. Жаль, что он не нравится тебе, но мне нравится.
Мамина обида отозвалась у Кайли в сердце.
— Я просто хочу, чтобы ты была осторожна и не позволяла событиям развиваться слишком быстро.
Ее мама нахмурилась.
— Это потому что ты хочешь, чтобы мы с твоим папой сошлись.
— Во-первых, — сказала Кайли, чувствуя раздражение. — Том мой отчим. Во-вторых, я хочу чтобы вы сошлись, но причина не в этом.
— Наверное, в этом, юная леди, потому что Джон самый милый из всех мужчин которых я знаю.
Она потянулась и поцеловала Кайли в щеку.
— Тебе придется принять тот факт, что мы с твоим отчимом не будем больше вместе.
Она ушла. Кайли осталась, она боялась, что она смогла бы сказать Джону, если бы снова оказалась с ним лицом к лицу около машины.
— Ты в порядке? — раздался мужской голос позади нее.
Сначала Кайли подумала, что это был Дерек. Он всегда знал, когда она была эмоционально нестабильна. Но она быстро узнала глубокий сексуальный голос. Голос того, кого последнюю неделю она пыталась побить в поединке на деревянных мечах.
Она обернулась.
— Да.
Затем скопившийся гнев заполнил ее грудь и она знала, что ей может помочь.
— Хочешь попрактиковаться?
— Сейчас? — спросил Лукас.
— Мне надо сжечь свою агрессию.
— Со мной? — он одарил ее полуулыбкой.
— Ну…Ты хочешь практиковаться или нет? — у нее не было настроения для шуток.
Надо признаться, что кто-то послал ей меч, чтобы она научилась сражаться, и если этот кто-то ожидал от нее этого, то, наверное, предполагалось, что она, при этом, останется в живых. И она хотела выжить, чтобы спасти свою маму от таких типов, как Джон.
Да, остаться в живых было хорошей идеей.
— Конечно. — Его голубые глаза излучали уверенность. — Только предупрежу Бернетта.
Его взгляд был прикован к ее лицу.
— Что случилось?
— Я не хочу говорить, — сказала она. — Я хочу драться.
Тридцать минут спустя Кайли уже сломала один меч, хотя Лукас не сказал ничего ни о своей любви к ней, ни о том, как она красива, или о том, как она вместе валялись на траве.
Он заставил ее сделать несколько упражнений на растяжку, заявляя, что видит напряжение, исходящее от нее.
Но оно не исходило от нее, оно нарастало внутри. Страх за безопасность ее мамы, лишил ее здравого смысла, страх за Лукаса и то, что случится с ним, если стая окончательно от него отвернется, пожирал ее мысли.
— Все еще не хочешь говорить? — спросил он, когда их мечи столкнулись друг с другом.
Хочу, но не знаю, что сказать.
— Нет, — соврала она, меняя позицию, чтобы обойти его меч, и касаясь острием его груди.
— У тебя получается все лучше. — Он уставился на меч, указывающий на его сердце.
Она отошла, чтобы дать ему возможность восстановить равновесие. Через пару секунд они вернулись к спаррингу, и она почувствовала холод около себя.
Слишком хорошо. Ученица превосходит учителя. Тебе нужен новый преподаватель.
Кайли посмотрела на призрака, который стоял рядом с мечом в руках.
Кто еще может обучать меня?
Я, конечно. Но никакой ерунды с деревянными мечами. Ты должна научиться сражаться с настоящим оружием.
Сердце Кайли бешено застучало, припоминая ее главный страх.
Я умру?
Призрак вздохнул.
Это зависит от тебя.
Насколько печально было то, что она предпочитала слова кровожадного призрака, нежели слова собственного отца? Но это лишний раз напомнило ей, насколько она сильно хотела жить.
— Ты готова? — спросил Лукас.
Кайли повернулась к нему.
— Секунду. — Она снова посмотрела на призрака.
Ты знаешь моего отца?
Ее вопрос слетел с губ в тот момент, когда призрак исчез.
Снова повернувшись к Лукасу, она подняла свой меч и приготовилась к бою.
— Мне стоит его проучить? — Спросил Лукас когда его меч коснулся ее.
— Кого? — спросила она.
— Парня твоей мамы. — Лукас заблокировал ее выпад.
— Нет, я должна остановить его, — сказала она.
Если не умрет раньше.
Затем она почувствовала огонь в своем животе. Она не собиралась умирать. Она собиралась сражаться и победить. И Лукас должен сделать тоже самое, поняла она.
— Ты становишься дерзкой, — сказал Лукас, но внезапно она потеряла концентрацию, и его меч обошел ее, коснувшись плеча.
Кайли посмотрела на острие.
— Это не смертельный удар. Ты не можешь считать это победой.
— Нет, но ты будешь так сильно истекать кровью, что долго не протянешь.
— Ладно. Засчитывай. — Она сделала шаг назад, приготовившись начать сначала.