Прямо на нее из гостиной смотрел волк. Спутать с откормленной собакой такое большое животное она не могла. Вытянутый нос с черными ноздрями, открытая пасть, из которой сквозь белые крупные клыки высунулся розовый язык, серая с белым шерсть, огромные лапы, стучавшие по паркету когтями.
Волк стоял не шевелясь и смотрел прямо на нее темными глазами. Ждал реакции.
Соболева с трудом оторвала взгляд от волка и в ужасе посмотрела на Тима.
Мужчина кивнул ей, не выражая никакого волнения по поводу того, что в его гостиной находится хищник.
Лиза выставила вперед указательный палец и дрожащим голосом произнесла, почему-то обращаясь к Тимофею:
- Ттты… ввы… - потом закашлялась и протараторила. – Вы что-то подмешали мне в кофе!
Тимофей устало поднялся, и немного прихрамывая правой ногой, приблизился к волку. Остановился почти рядом и теперь двое: волк и мужчина смотрели на девушку.
- Тебе придется в это поверить, Лиза. Мы – оборотни. Мы скрываемся от людей, живём в деревнях в лесу, но некоторые, как я, проживают в городе. Главная наша задача – не попасться людям. – Тимофей вздохнул и глянул на волка, тот повел огромной башкой. – И не прогневить альфу. Иначе придется драться с ним, и если победишь, то придется занять его место.
- Очень интересная история, - Лиза вскочила с места. Волк едва заметно предупредительно зарычал и она, повинуясь его пристальному взгляду, села на место. – Ребят, я, честное слово, о вас никому не скажу, от меня никто ничего не узнает. Можете быть уверенны, я – могила! Вы можете меня отпустить на все четыре стороны со спокойной совестью. Я не признаюсь. И даже больше скажу! Сбегу из города. Испарюсь, будто меня и не было!
Тимофей покачал головой, а волк сел на задние лапы рядом, как верный и умный пес рядом с хозяином.
- Ты должна вспомнить, Лиза. Ты тоже в каком-то роде оборотень. Мы все вместе жили в деревне, но отец не разрешал тебе общаться с волчатами, с нами. Он перегнул палку, и Яков решил, что будет лучше тебе исчезнуть из поселения. Ты все забыла.. но ты должна вспомнить.. Ведь если признаться самой себе, ты всегда подозревала, что ты не такая как все, ведь правда?
Во время этого монолога он приблизился к опешившей Лизе и нагнулся над ней, заслонив солнце. Положив руку на стол, второй он оперся на спинку ее стула, заключив ее в капкан. Приблизившись к ее уху, он начал говорить, и от его голоса, подкрепленного теплым воздухом, который щекотал оголенную шею, по всему телу побежали мурашки. Пальцы ног подогнулись, как всегда бывает, когда думаешь о чем-то приятном.
- Ты – волк, оборотень, Лиззааа.. – от его «ззз» в голове у Лизы зазвенело, она поддалась его голосу и слушала, зачарованная, не смея сдвинуться с места. – Но в тебе очень мало волчьей крови, и поэтому ты не можешь обернуться волчицей. Но ты такая же сильная и ловкая, как представители племени. Как волчицы.
Лиза передернулась: упоминание из его уст о других женщинах кольнуло тонкой иглой.
- Сокол – твой отец. Сумасшедший альфа. Он идет за тобой, узнал, что ты жива. Чего ему от тебя надо, Лизззза? Зачем он так долго тебя ищет?
Соболева глянула на него не понимающими глазами.
- Ты должна вспомнить все, Лиза. Расскажи нам, что ты уже вспомнила. Наша встреча наверняка подтолкнула твое сознание, и оно начало проецировать картинки прошлого?
По другую сторону стола сел Яков. Пока Лиза, как под гипнозом, слушала Тима, его брат снова стал человеком, и теперь пристально смотрел на нее своими глубокими темными глазами, не стесняясь собственной наготы. Видимо, пощадив ее чувства, он натянул брюки, но футболку надевать не стал, и Лиза, обалдело переведя взгляд от одного мужчины к другому, не могла заставить себя отвернуться.
Привычная к мужской красоте, даже равнодушная, благодаря занятиям в хореографическом училище, где все партнеры были статными и высокими, обладали развитой мускулатурой, сейчас она была обескуражена. После огромного потрясения двойная доза тестостерона подкосила ее.
- Я помню.. – сказала она непослушными губами. – Я помню лес, дом, холод. Я всегда хотела есть. Я была одна. Но были и двое. Два мальчика.
Лиза говорила, словно в трансе, глаза ее не шевелились, и мужчины слушали осторожно, боясь спугнуть.
- Они всегда были рядом. Но мне нельзя..нельзя было с ними общаться.. это было слишком больно.
- Почему, Лиза, почему? – снова опалил ее ухо горячим дыханием Тим.
- Потому что.. – она, словно приходя в себя после наркоза, внимательно посмотрела Тимофею в глаза. – Нельзя.