Такое единение ее порадовало – если в прошлый раз мужчины едва выносили присутствие друг друга, то сейчас в комнате царило если не братская дружба, то единодушие точно.
В комнате пахло выпечкой, корицей, но самое главное, Лиза прекрасно ощущала дурманящий аромат мужского тела: древесный, с нотками хвои и бергамота. Терпкий и невероятно приятный.
— Проснулась? — Яков чмокнул в щеку засмущавшуюся Лизу, а Тим в этот раз дождался своей очереди и, не дав ей увернуться, обнял, поцеловав в ухо.
Недавние поцелуи, казавшиеся правильными и единственно возможными, с утренними лучами солнца заставили сомневаться в собственной нормальности.
Лиза замерла и не смела поднять на братьев глаза. Она потеребила кофту и со вздохом посмотрела на входную дверь.
Тут же возле нее материализовались оба обладателя подавляющего аромата. Тимофей, приподняв ее подбородок, заглянул в глаза, и то, что ей удалось прочесть в его взгляде, заставило задохнуться от недоверия и радости. От него исходила теплота, обволакивая, поддерживая, ободряя. Он погладил девушку по спине и демонстративно втянул ее запах, сделав это так чувственно, что Лиза почувствовала отголоски вчерашнего возбуждения. Мужчина легко поцеловал ее в губы, улыбнулся.
— Я буду вечером. Надеюсь, что до моего приезда здесь ничего не изменится. Да, Лиза?
— Да, — тихо ответила она.
Только за ним закрылась дверь, Яков подхватил ее на руки и усадил на барный стул за огромным столом. Придвинул тарелку с оладьями и чашку кофе.
— Чем займемся сегодня? — в его голосе не было насмешки, только участие, и потому Лиза расслабилась.
— Пицца, фильмы и самое главное!
Яков многозначительно поиграл бровями в ответ на ее слова, окинув медленным взглядом, отчего она снова почувствовала жар внизу живота, верно оценив его мысли.
— Нет! Елка!
Он смешно сморщил нос, и девушка расхохоталась.
— Елка? У меня, похоже, нет выбора?
Лиза торжествующе кивнула.
Весь день Яков послушно выполнял поручения Лизы. Он принес из леса елку, которая оказалась настолько большой, что заняла почти всю гостиную. Обыскав весь огромный дом Каплунова, не нашел ни одной новогодней игрушки, а потому решил повесить на нее мандарины, конфеты, орехи, - все, что нашел на кухне.
Пока мужчина устанавливал елку, Лиза снова анализировала свое положение. В съемную квартиру лучше не возвращаться — это ясно. После того разгрома, что она увидела, хозяйка не разрешит там прожить и дня. Здесь же все уже стало родным и привычным, а мужчин, показавших, что границ для чувственности не существует, не хотелось оставлять.
Лиза даже покраснела от своих мыслей. Еще неделю назад она не могла себе представить, что поцелует понравившегося молодого человека на первом свидании, а от внимания Тимофея расплывалась, как мороженое в жаркий день, а тут совершенно спокойно допускала мысль, что вчерашние поцелуи могут повториться!
Это, конечно, не влезало в ее систему ценностей, никак не укладывалось в голове, но зато было именно тем, чего она хотела. То, что казалось единственно верным и правильным.
Они одни в лесу, среди снегов. Еще не известно, что будет дальше, но пока…
Она мечтательно потянулась.
Пока никто не подталкивает ее сделать выбор, она насладится остатками этого чувства.
А выбор сделает потом.
Намного позже.
Яков, немного поворчав, принял участие в украшении елки подручным материалом. Свое место заняли конфеты на нитке, вырезанные из офисной бумаги ангелы, маленькие декоративные свечи. Много места оставил он для тех игрушек, которые должны были приехать с курьером. Но когда…
Яков осторожно, взвешивая слова, отвечал на вопросы Лизы: трудно ли перевоплощаться; какие чувства испытывает волк, а какие- человек; умеют ли волки общаться ментально.
Иногда он смеялся над ней, когда она, удивленно раскрыв рот повторяла, что такого быть не может. Небылицы Яков перемежал с рассказами о жизни в деревне.
Слушая его, Лиза понимала, что неясные сны, которые начали проникать из ее подсознания в реальность - не выдумка воображения.
Два мальчика, с которыми она дружила, выросли в настоящих удивительных мужчин.
Отец, который держал ее в черном теле, сейчас почему-то охотится за ней.
Сама она является волком-оборотнем, который не умеет перевоплощаться.
Но самое главное, из-за нее пострадала целая семья. Тимофей заступился за нее, чем провинился перед альфой стаи и был вынужден покинуть деревню. Яков остался один. И сама она столько лет жила, не ведая, что память ограждает ее от воспоминаний не случайно.