Ариэна шёпотом прочла заклинание, которое отвращало гнев мёртвых, зажгла фонарь и осторожно вошла в гробницу. Пахло сыростью и камнем, между плитами пола пробивалась трава, а украшенный рельефами саркофаг снизу покрылся мхом. Ариэна знала, что под тяжёлой мраморной крышкой находится второй гроб — из дерева, обитого медью или бронзой, а в нём покоятся останки царя. Она представила, как поднимается массивная каменная плита, потом с треском открывается крышка деревянного гроба, из него встаёт закутанный в полуистлевшую ткань скелет и протягивает к ней свои костяные руки. Ариэне стало не по себе, но она вспомнила тихий, глубокий голос того, кто говорил с ней во сне, и все эти страхи показались ей детской глупостью. Он прав. Опасаться надо живых.
Росписи на стенах сохранились на удивление хорошо. Разглядывая их, Ариэна пожалела, что секрет древних красок до сих пор не разгадан. Фрески изображали в основном сцены их царской жизни — битвы, пиры, охотничьи забавы. Фигура правителя сразу 6росалась в глаза, и Ариэна была готова поклясться, что во сне ей являлся именно этот человек. Один из фрагментов её особенно заинтересовал. На нём было изображено полутёмное помещение — что-то вроде главного зала святилища. На небольшом возвышении, видимо, на алтаре, горел огонь. Странный лиловый огонь, над которым клубился голубоватый дым. Возле алтаря стояли царь и стройная молодая женщина. Она держала над огнём руку, словно что-то сжимая между большим и указательным пальцами, а вот что — Ариэна не могла разглядеть. Наверное, краски в этом месте всё же потускнели, и были видны не все детали. А может, она держала что-то очень маленькое, не больше зёрнышка. Или щепотку какого-то порошка. Такое впечатление, будто она что-то сыпала а огонь на алтаре. Ассеан внимательно наблюдал за её действиями. Фигура царя поражала статностью, но седая голова говорила о его преклонном возрасте. А вот женщина казалась совсем юной. Её тёмные волосы резко контрастировали со светлой кожей. Слишком светлой для чистокровной диввинки. От этого совпадения Ариэне опять стало не по себе, и она поспешила покинуть гробницу.
Чувствовалось, что в древнем некрополе почти никто не бывает — здесь заросли все тропы и даже мощёные дорожки, ведущие к каждому склепу. Остро пахло хвоёй и морем, которое с тихим шумом плескалось под обрывом. Ариэна представила себе, как выглядит некрополь, когда сюда проникает туман. До очередного туманного сезона оставалось меньше месяца. Ариэна чувствовала: в ближайшее время что-то произойдёт. Что-то очень важное. Стоя на краю обрыва и глядя, как сине-зелёные волны разбиваются об острые скалы, она вдруг поняла, что граница между тайной и её разгадкой чем-то похожа на границу между жизнью и смертью. Иногда попытка разгадать тайну равносильна прыжку с обрыва. И никогда заранее не знаешь, разобьёшься ты или полетишь.
Глава 11. Осенний маскарад.
В последнем летнем месяце сильно обострилась обстановка на юго-востоке страны. Ур-Халей отказался платить налог, а к восставшим слугам Ур-Каттана присоединилась часть слуг соседнего Ур-Саббата. Аранхиты постоянно заседали на больших и малых советах, а аранхины с утра до ночи трудились над пророческими полотнами. В Доме Знаний занятия шли вовсю, а в школе ткачих уроки отменили. Заказов в последнее время было столько, что мастерицы еле справлялись с работой и уже подумывали о том, чтобы воспользоваться помощью лучших учениц.