Глава 20. Ди-Милон.
Ариэна приземлилась в нескольких шагах от кромки воды и долго стояла, любуясь ожившей картиной. Перед самым рассветом звезда погасла, и вслед за ней растаял в воздухе призрачный замок. На пологом холме, где он только что возвышался, виднелись лишь какие-то развалины. Ниже была роща, на фоне которой теперь чётко белел силуэт настоящего дома. Довольно большой — в два или три этажа — он стоял на холме, расположенном гораздо ближе к берегу, чем тот, где появлялся и исчезал призрачный дворец.
Ариэна сняла мокрые башмаки. До чего приятно было ступать босыми ногами по мягкому, как пудра, белому песку. Она поняла, что приземлилась на прибрежной полосе. Море отступило уже давно. Встречавшиеся на каждом шагу водоросли и ракушки высохли и поблекли от солнца. Время от времени дорогу Ариэне перебегали акриды — большие песчаные крабы, которые имели обыкновение промышлять на месте отлива. Их любимого лакомства — моллюсков — уже не осталось, но, похоже, акриды были рады, если удавалось найти хотя бы мёртвую морскую звезду или останки гигантской медузы киллы. Эти медузы достигали в диаметре двух локтей. На открытом воздухе их студенистые тела затвердевали и становились похожими на куски мутного стекла. Странно, но, разлагаясь, киллы почти не пахли. Ариэна задержалась, чтобы посмотреть, как ловко разделываются с дохлой медузой два крупных акрида. Челюсти у этих тварей были мощные, ничего не скажешь. Ещё больше её заинтересовал краб, который тащил что-то, сверкающее на солнце, словно серебро или хрусталь. Ариэна догнала маленького хищника. Его добыча действительно напоминала осколок хрусталя или серебряную пластинку.
— Извини, дружище, — сказала Ариэна. — Но придётся мне воспользоваться правом сильного. К тому же эта штуковина явно несъедобная…
Акрид даже зашипел от возмущения, когда она отняла у него находку.
— Ладно, не ворчи…
Девушка осторожно взяла краба за панцирь — так, чтобы он не смог дотянуться до неё своими острыми клешнями — и отнесла к останкам огромной киллы. Акрид тут же принялся за трапезу, явно забыв о своей потере.
Полупрозрачный осколок мерцал в руках Ариэны, переливаясь серебром и голубоватой зеленью. Совсем как тот паук на подвеске Эрении. Точно такое же сияние Ариэна заметила в нескольких шагах справа от себя. Только что ничего не было, и вдруг — как будто кто-то бросил сверху горсть серебра и диллинов. Ариэна подошла поближе. Это оказались заросли арилла, покрывшие несколько плоских каменных глыб, которые едва выглядывали из песка. Если бы арилл не засветился, она бы его, скорее всего, и не заметила. Почему он стал светиться? Почувствовал её присутствие? Ариэна вызвала туман, а когда он рассеялся, отломила себе новую ветку. Наклонившись, она заметила на песке точно такой же серебристый осколок, какой она только что отняла у акрида. Только этот был побольше.
"Дочери Найяры, одетые туманом, танцуют на берегу и собирают звёздные осколки, которые море выбрасывает к их ногам… Осколки большой звезды, упавшие с небес…"
Положив "звёздные осколки" в карман, Ариэна двинулась к берегу. Уже окончательно рассвело. Хрустальный замок исчез, но теперь всё вокруг казалось сделанным из хрусталя. Всё было исполнено света и радовало глаз чистотой и нежностью красок. Прозрачное голубое небо, матово-белый песок, отливающие перламутром камни… Даже высохшая от зноя трава у подножия холма напоминала тонкие, хрупкие узоры из серебра. Ариэна была почти уверена, что, стоит подуть ветру — и она услышит мелодичный звон. Она остановилась примерно в десяти шагах от ближайшего холма, на границе между прибрежной полосой и берегом. Какое-то чутьё, непонятное ей самой, подсказывало ей, что это черта, которую море не переходит даже во время сильного прилива. На склоне холма росли маленькие сосны со светло-серыми стволами и голубовато-зелёной хвоёй. Её нежный аромат, смешиваясь с запахом моря, наполнял воздух таким чудным благоуханием, что у Ариэны едва не закружилась голова. Кое-где с соснами перемежались заросли какого-то вечнозелёного кустарника с плотными кожистыми листьями изумрудного цвета. Когда налетел ветер, среди изумрудов засверкало серебро — оказалось, что с другой стороны листья гораздо светлей.