С ветки дуба соскользнула нить и ринулась к Ариэне, явно собираясь обвиться вокруг её шеи. Девушка отразила атаку, выпустив из своего "звёздного осколка" молнию. Эта молния сплелась с нитью и поначалу это напоминало схватку двух змей. В конце концов они слились воедино. Сверкающая нить устремилась к Маттар. Гигантская паучиха вздрогнула, когда живая молния прильнула к ней, словно нить-кровопийца, но эта нить высасывала из Маттap не кровь, а магическую силу. И эта сила передавалась Ариэне, ибо другой конец «молнии» был у неё в руке. Точнее, он был соединён с куском ариллина, лежавшим на её ладони. Ариллин, впитывая и концентрируя силу Маттар, передавал её Ариэне.
Неожиданно девушкой овладел ужас. Ведь она забирала не только силу Маттар, но и мысленную связь паучихи с её чудовищными детьми. Ариэна была к этому готова и всё же она содрогнулась, ощутив прикосновение сознания этой твари — злобной, жаждущей крови… И пожалуй, не меньше, чем крови, Маттар жаждала поклонения. Она питалась им много лет, она привыкла к нему. Теперь Маттар была в ярости и смятении. Войдя с ней в контакт, Ариэна как будто окунулась в пучину хаоса.
— Я не Маттар, — прошептала она. — Я Ариэна. Я человек! У меня разум и душа человека… Мне нужна только сила Маттар. Её власть над железными демонами. Я — человек, обладающий властью над детьми Маттар. Я — это я.
Ариэна знала, что нить, ставшая каналом, по которому текла магическая сила, не отпустит их обеих, пока одна из них не одержит победу над другой. Маттар сопротивлялась долго и упорно, но всё же сдалась. Когда протянувшаяся между ними молния погасла и на траву упала обычная мёртвая нить, огромная паучиха погрузилась в оцепенение. Её жирное тело обмякло, кроваво-красные глаза потухли. Ариэна чувствовала себя не лучше, хотя и в другом смысле. Множество голосов, которые звучали теперь в её сознании, мешали ей вырваться из хаоса. Демоны, дети Маттар, звали её, оглушая своим беззвучным криком. Их тупая 6ессильная злоба причиняла ей почти физическую боль. Связь с Маттар оборвалась, едва погасла нить-молния, но теперь некий невидимый канал связывал Ариэну уже не с этой чёрной паучихой, а с какой-то огромной чёрной копошащейся массой. Ей казалось, что эта живая тьма вливается в неё, застилая чернотой её рассудок и переполняя её. Она уже чувствовала, что тонет в этой вязкой черноте, оглохшая от тысячи голосов. Они звали её отовсюду, раздирая её на части. Она распадалась на множество существ и теряла себя, постепенно растворяясь во тьме, а эта тьма являла собой бесконечность, наполненную эхом бесчисленных голосов. Её спасло только то, что один из голосов зазвучал чётко и ясно. Он перекрыл остальные и, пробившись к сознанию Ариэны, вырвал её из удушливой копошащейся тьмы.
"Заставь их замолчать! — услышала она голос Дамеи. — Это они должны тебя слышать. И слушать. Ты должна подчинить их себе…"
"Я не Маттар…"
"Вот именно. Но в тебе теперь почти вся её сила. Самоуверенное дитя, ты думала, так просто управлять ими? Ты должна подчинить их себе, иначе они тебя погубят. Я помогу тебе. Я и Фиола".
Когда два дружественных разума прикоснулись к сознанию Ариэны, она почувствовала себя лучше. Втроём они заставили этих ревущих демонов замолчать. Потом аранхи вышли из глубокого контакта с Ариэной, оставив её наедине с детьми Маттар. Ариэна поняла, что чудовища слышат её. Она ощущала их смутное недовольство и готовность к бунту, но, собрав волю в кулак, она подавила этот готовый вспыхнуть бунт. Теперь уже сама. Теперь, когда железные демоны ей подчинились, она могла им приказывать.
"Ты должна представить себе то место, где хочешь их собрать, — подсказала Дамея. — Но надо, чтобы им тоже было знакомо это место. Или хотя бы некоторым из них, а уж они позовут остальных. Между всеми этими братьями очень прочная связь. Пошли им мысленную картину, и скоро они будут там, где тебе надо. Передвигаются они быстро, ты же знаешь".
"Где бы их собрать? — лихорадочно размышляла Ариэна. — Желательно в каком-ни6удь таком месте, которое люди обходят стороной. Мёртвый лес и его окрестности… Точно! Дети Маттар знают эти края, а людей там не бывает".
Отправив своим "приёмным детям" мысленное послание и убедившись, что они всё поняли, Ариэна опустилась на покрытую жухлой осенней травой кочку. В нескольких шагах от неё неподвижно сидела огромная черная паучиха. Глаза её были закрыты.