"3начит, чем 6лиже событие, тем легче его предсказать?"
"Да, наверное. Вы, люди, называли нас богами, но мы очень многого не можем понять и объяснить. Мы тоже всего лишь мошки в Паутине Великой Аранхи, и она никогда не откроет нам всех своих секретов. Создавая полотно для Тенны и Рауда, ты пыталась изобразить их рядом, но своим внутренним зрением ты упорно видела рядом с ним не Тенну, а ту, что была ему предназначена судьбой".
"Мошки в паутине Великой Аранхи… Мне страшно, Дамея…"
"Больше не делай счастливых полотен".
"Сомневаюсь, что мне их теперь будут заказывать. Я уж подумываю, не бежать ли мне на острова. Ведь я наполовину лиммеринка".
"Мне бы очень этого не хотелось, дитя моё. Морской народ дружит с духами тумана, а мы, аранхи, боимся арилланов".
Ариэне и самой не хотелось покидать Див-Аранху. Во всяком случае пока. Ей уже не раз удалось заглянуть за ту таинственную завесу, за которой скрыто будущее. Дамея пустила её в свою паутину, и это оказалось окном, сквозь которое Ариэна сумела проникнуть в Великую Арану. И увидеть больше, чем её мудрая подруга. Почему она увидела Тамрана? Может, потому что он её судьба? И её судьба уже настигла её… Великая Аранха редко пускает смертных в свою паутину. Она говорит не всё, но ничего не показывает просто так.
На этот раз было решено собрать Большой Совет, на котором присутствовали бы не только старейшины, но и самые уважаемые матери семейств. Большой Совет собирался в исключительных случаях. Данный случай именно таким и считался. Дамара только попросила дождаться приезда Талмы. Старухе не терпелось доказать, что аранхина ошибается, покровительствуя дочери лиммеринки.
В Зале Совета Талму усадили на почётное место — рядом с Лоем. Ариэне тоже позволили сесть — на низкую деревянную скамью, которая стояла напротив входа. Прямо над ней висели два скрещенных кинжала. На эту скамью усаживали тех, кого обвиняли в каком-либо серьёзном преступлении. Если вина 6ыла доказана, Совет определял размер штрафа, который обвиняемый выплачивал либо пострадавшему, либо общине — в зависимости от характера преступления. Совет во главе с аранхитом даже имел право выносить смертный приговор. Осуждённому на смерть давали чашу с ядовитым соком растения сильф. Выпив этот яд, человек погружался в сон, а уж потом умирал. В Див-Аранхе говорили, что в стране сновидений есть ворота в Царство Смерти, поэтому некоторые люди умирают во сне. Такая смерть считалась лёгкой, хотя вряд ли приговорённым к казни было легко расставаться с жизнью. Особенно тем, кто ещё не достиг преклонных лет. Ариэна знала, что последний раз чашу с ядом в 3елёном Уре преподнесли юноше, из ревности убившему свою возлю6ленную, и было это около тридцати лет назад. Казнили не только убийц. Смертный приговор могли вынести тому, чьи действия угрожали безопасности государства или хотя бы даже одного ура. Колдовство, повлекшее за собой чью-то смерть, тоже считалось тяжким преступлением.
Сидя на скамье в конце длинного каменного зала, Ариэна с интересом наблюдала за присутствующими. Она заметила, что многие члены Совета явно смущены и стараются не смотреть ей в глаза. Наверное, даже самый старший из них не помнил, чтобы на скамье под кинжалами сидела четырнадцатилетняя девчонка. 3лополучное полотно Тенны и Рауда висело так, чтобы его могли видеть все. Ариэне показалось, что Талма слушает длинную обвинительную речь Дамары внимательно, но с выражением лёгкой брезгливости на лице.
— Итак, эту девушку обвиняют в колдовстве, причиняющем вред? — спросила она, когда старуха закончила.
— Ариэна, дочь Астарана, были ли у тебя причины вредить Тенне?
— Нет, благородная госпожа, — ответила Ариэна. — Я никогда не питала к ней неприязни. И особой симпатии тоже. И она, и её бывший жених были мне совершенно безразличны.
— Почему ты согласилась сделать для них счастливое полотно?
— Они обещали заплатить… Да у меня и не было причин им отказывать. Ни им, ни ещё двум парам, которые обратились ко мне с точно такой же прось6ой.
— Как я уже говорила, Хайра и Тваол погибли, — вставила Дамара. — Не слишком ли много плохо…
— Случай с поги6шей парой я вообще не намерена обсуждать, — холодно перебила Талма. — Ариэна даже не начинала полотно для Хайры и Тваола.
— Она так говорит, но…
— Но ты говоришь другое, — кивнула аранхина. — Почему я должна верить тебе, а не ей? Полотна нет, а значит, обсуждать нечего. Даже брат Тваола сказал, что балка, которая упала на этих несчастных, была плохо закреплена. Насколько я знаю, в строительстве дома Ариэна не участвовала.