Луси тут же поспешила смягчить обидные слова королевы. Ей не хотелось наживать врага в лице горничной.
— О, госпожа, не умаляйте заслуг Мии. Она сделала первый шаг, а я лишь пожала плоды ее трудов.
Миа одарила Луси благодарным взглядом. Оонаг примеряла красивое ожерелье из жимолости.
— Как замечательно, сегодня у меня счастливый день. Я только что схватила короля и отправила его в подземелье. Завтра я велю отрубить ему голову, а послезавтра выйду замуж за человека. С меня хватит. Всю жизнь я выносила унижения Финваны, а сегодня поняла, что все гораздо проще, чем казалось. Миа, приготовь любовный напиток.
Миа вылила одну жидкость в другую и встряхнула все.
— Вот он, ваше величество, — сказала Миа, протягивая королеве флакон зелено-синеватого цвета.
Луси тут же сообразила, что в этом флаконе заключен ключ к ее счастью.
— Любовный напиток? Вы его собираетесь выпить?
Оонаг весело рассмеялась:
— Ни за что! Тогда я потеряла бы разум, волю и стала рабой собственных инстинктов.
Луси искренне удивилась:
— Для кого же он?
— Для Патрика, моего будущего супруга.
Луси считала себя обязанной польстить Оонаг.
— Вам этот напиток не нужен, вы красивы, а юный Патрик уже обожает вас.
Оонаг оказалась очень капризной.
— Меня это не устраивает. Я хочу видеть его у своих ног и слышать, как он днем и ночью произносит мое имя, вздыхая от любви.
Вот в чем дело! Именно этого Луси жаждала больше всего на свете. А ключ к осуществлению ее желаний надо искать там, внутри — стоит только протянуть руку, он всего в нескольких сантиметрах от нее.
— Я отнесу ему этот напиток.
— Нет! — воскликнула Оонаг.
— Почему?
— Глупая девчонка! Как ты не понимаешь! Стоит только напитку подействовать, как избранницей Патрика станет первая, на кого падет его взгляд.
Луси слышала, как Патрик храпит в соседней комнате.
— Совершенно верно, ваше величество, я волью напиток Патрику в рот, а вы предстанете перед ним.
Королева вздохнула.
— Только не сейчас. Мы это сделаем, когда он проснется, а это случится несколько часов спустя. Ему надо выспаться, — Оонаг лукаво улыбнулась. — Затем его страсть будет сильней мечты.
Луси со скоростью луча света склонилась перед королевой, держа флакон в руке.
— Тогда я оставлю его в спальне юного Патрика.
Королева не почувствовала злого умысла в ее подобострастии.
— Миа, обрати внимание. Это называется инициативой!
Миа вонзила ногти в ладони, так что из них засочилась кровь. Каждый раз ей становилось все труднее выносить непрерывные упреки Оонаг.
— Да, повелительница, я ни на что не гожусь.
— Вот именно, моя дорогая Миа, точнее не скажешь!
Луси воспользовалась моментом и тихо выскользнула из комнаты, спрятав флакон в нижних юбках. Она почти у цели!
В этом стеклянном флаконе заключена любовь Цицерона!
Больше всего на этом свете Луси желала, чтобы Цицерон принадлежал ей, чтобы он ел с ее рук, как ягненок, и, ясное дело, чтобы он был от нее без ума.
Стоит Цицерону испробовать напитка, как все мечты Луси станут явью — при первом же взгляде на нее у него сделается глупое лицо, они будут гулять по улицам Дублина, играть в Интернет-кафе Дублина, учить английский в школе Дублина, мокнуть под дождем Дублина, ездить на автобусах Дублина, вместе делать «homework» в библиотеках Дублина… Счастье рядом с Цицероном возможно!
Луси проведет вместе с ним еще кучу времени. Целый год, играя вечер за вечером, лукаво подмигивая ему, говоря глупости и делая намеки. Год виртуальных приключений и возвышенных посланий… Они станут общаться под вымышленными именами и скрываться под чужими никами.
Год Луси будет вздыхать по нему, мечтать о нем, находить и ловить его и наконец последует за ним до самого Мадрида…
И когда она будет готова схватить его, появится Анхела, настоящий кошмар, и разъединит их!
Разве Анхела не понимает, что отношение Луси к Цицерону гораздо глубже и искренней, чем ее? Разве Анхела не знает, что Луси и Цицерон плечом к плечу совершили тысячу набегов, одержали победу над тысячью драконами и вместе делили тысячу добыч? Их объединяет духовное родство. Цицерон принадлежал ей по праву!
Пока Луси раздумывала над всем этим, она все больше соглашалась со своими доводами и утверждалась в уважении к себе.
Она была хитра, способна и изобретательна. Луси была «warrior», воином, могущественной колдуньей. Битвы и колдовство давно стали ее союзниками. Весь мир, включая Цицерона, падет к ее ногам.