— А потом?
— А потом портал его иссушил, — коротко ответил Джиоллэйдх, а у меня по спине прошел холодок. Еще и неловкое молчание какое-то наступило после его фразы. Аерона отвела взгляд, но я и так поняла: моего ребенка может постигнуть та же участь.
И Доран это знал!
— Мне нужна защита, — проговорила глухо, стараясь не думать о том, что Король готов ради прихода на Землю пожертвовать собственным ребенком, — такая, чтобы противиться Дорану.
— Против Охоты нет защиты. Мы можем только убегать… какое-то время. Аврора, — сестра Короля коснулась моей руки, ласково произнесла, — я понимаю твои чувства. Но думаю, мой брат все же никогда не пожертвует своим ребенком. Ваш малыш станет правителем, а не только магом, который пожертвовал собой и открыл портал другим фейри.
— Фейри не лгут, но и не говорят всей правды, — возразила я, — Доран не сказал, что наш ребенок станет править долго и счастливо. И не сказал, как полностью звучит предсказание.
— Так спроси его прямо. Ты же можешь видеться с ним во сне. Хотя есть опасность, что он как то вычислит наше местоположение.
— А он ответит?
— А ты спроси так, чтобы не смог увильнуть.
— Вариант, — согласилась я, — Присмотрите за округой. Я хочу потренироваться.
Джиоллэйдх молча встал и вытащил флейту.
— Тренируйся. Если что, мы прикроем. Только помни, что Доран может учуять.
— А выход есть? — спросила с досадой, поднимаясь на ноги. — Или я не тренируюсь и не становлюсь сильнее, или все же рискую. Просто будем наготове, вот и все. Тем более, я надеюсь Дорана отвлекут винки и их магия исказит мой след.
Я хотела попробовать сама. Настроиться. Как там мне говорили: магия требует не сосредоточенности, а принятия ее, как данность.
Обогнула валуны и оказалась в уютном углублении, образованном нагромождением камней. Явной опасности вокруг видно не было, да и я все же полагалась на спутников. И на свою интуицию.
Села, скрестив ноги, и прикрыла глаза. Еще мантры осталось начать мычать. Так, прочь неуместные смешки. Вот совсем некстати вспомнились уроки йоги, на которые я как-то рискнула пойти. Повелась на дешевизну, и в итоге попала к тренеру, который всех женщин оглядывал масляным взглядом. А еще у него была совершенно дурацкая бородка, похожая на козлиную. Я не против, если смотрят на мою грудь, но, скажем так, поощрять тоже не стану лишний раз.
Перед глазами плавали цветные пятна. В голове билась мысль: беременна, беременна, я беременна. Кто будет? Мальчик или девочка? Ну тут одно из двух. А Доран. Нет, про него думать не надо, внутри сразу все начинало болеть, как ошпаренное кислотой. Не думала я, что его действия могут настолько сильно обидеть.
Дыхание постепенно выравнивалось, но вот спокойствия не было. Оставшись наедине с мыслями, я напротив лишь распаляла себя. Поступаю глупо, что бегу? А как правильно? Господи, если бы все знали, как им надо поступить, то в мире все было бы гораздо проще.
И скучнее.
И еще: я не ощущала себя беременной. Ни капли. Не могла поверить, что через пять месяцев стану мамой.
Я и мама! Звучит как-то нереально.
И в животе все сжималось от странных эмоций. Они переполняли меня, бурлили и искали выход. Столько всего свалилось и на одну меня.
Мне не хватает тебя, Доран. До безумия, до дрожи, такой болезненной и нестерпимой. Рядом с тобой я ощущала себя оголенным нервом. А сейчас ты непрестанно в моей голове. Оказывается, это больно, когда любишь и не доверяешь.
Потренировалась, называется. Накрутила сама себя. Я ладонью смахнула слезы с лица и открыла глаза.
Чтобы сглотнуть и превратиться в каменное изваяние. Даже дыхание едва не остановилось. Я бы с удовольствием сказала: «Мама», — да только слова замерзли в горле.
В нескольких шагах от меня стояла дикая гончая прошлой Охоты. Огромная и угольно-черная, с алым сиянием, бьющим изнутри. Оно прорывалось наружу из глаз, ноздрей и между остатками кожи. Скелетообразная милая собачка не отрываясь смотрела на меня.
Я чуть скосила взгляд и увидела замерших Джиоллэйдха и Аерону.
«Что делать»? — поинтересовалась у них мысленно.
Гончая не нападала, а продолжала стоять и исподлобья меня разглядывать. В то время как я бы великолепно могла обойтись без ее внимания.
Наша молчаливая группа продолжала стоять. Пока я не выдержала и не чихнула. Звук оказался необычайно громким. Кажется, вздрогнули даже деревья. А гончая глухо рыкнула. Словно рядом случился небольшой камнепад.
Это послужило сигналом к атаке. Воздух вокруг Аероны задрожал, раскаляясь все сильнее. Ее магия — огненная — была одной из самых сильных. Но слабая сторона: приходилось накапливать силы некоторое время перед ударом. Что, судя по всему, сестра Дорана и делала все это время. И сейчас она пыталась поджарить гончую изнутри. Как в микроволновке.