Выглядело это настолько нелепо, что все мы, кроме Димки, не могли сдержать улыбок.
– Друзьям тоже не надо, - сказала Леночка…
А мы никому и не сказали… кроме Толика. Он не больно-то удивился, только покачал головой.
– Не понимаю, чего они прячутся? Вон, психологичка курит вместе с нами, и ничего…
Как бы то ни было, теперь у нас появилась общая тайна с Леночкой…
28 мая 1990 года (из дневника Ивана П.).
Сегодня наконец-то сдал зачет по английскому языку. Несмотря на то, что у нас с Леночкой сложились вполне хорошие отношения в последнее время, она все-таки малость помучила меня. Димка все еще сдает ей, Толик освободился раньше. Не знаю, как я решился на это, но после сдачи побежал на рынок и купил ей цветы. Вызвал Леночку и торжественно вручил ей букет.
Никогда не думал, что это так приятно!
Леночка улыбнулась, явно польщенная подарком, и сказала:
– Спасибо, Ваня. Право, не стоило этого делать, но все равно спасибо. Мне очень приятно… Может, пойдем, покурим?
Мы вышли из института. Студенты загоготали нам вслед, но она их быстро поставила на место. Мы пошли на наше любимое место в скверике. Я дал ей прикурить, потом закурил сам. Мы сидели и болтали о всяких несущественных вещах. Мне было хорошо. Близость этой женщины волновала, заставляя учащенно биться сердце. Теперь я уже нисколько не боялся…
29 июня 1990 года (из дневника Ивана П.).
Какой кошмар! Я вылетел!
Как я уже писал, с зачетом по высшей математике у меня вышла заминка. Толик проскочил его, а мне и Димке не удалось. Потом препод на полмесяца куда-то смылся, а мы не могли никому сдавать, кроме него. Когда он, наконец, появился, два экзамена уже благополучно прошли. Без нас…
Третья пересдача должна была проходить с комиссией. Нас собралось пять человек с курса, таких же лоботрясов, как я. Начали зачет, не дожидаясь профессора Л., читавшего лекции. Препод ходил и издевался над нами, говоря, что таким студентам, как мы, не место в институте. И вообще, всячески оскорблял… Приходилось терпеть, потому что от него многое зависело.
Наконец, появился Л. Мы всегда боялись его, как огня. Видя, как он принимает коллоквиумы, экзамены, у студентов складывалось впечатление, что профессор - просто зверь! На самом деле все было не так. Л. дал нам возможность сдавать экзамен, поставив зачеты всем до одного! Надо было видеть рожу нашего препода. Уж этот бы точно нас завалил, козел!..
Впрочем, зачет по высшей математике мне мало помог, как и Димке.
Два экзамена я уже проскочил, третий благополучно завалил. Сдал лишь четвертый… Зашел в деканат и поинтересовался, разрешат ли мне сдавать экзамены вне сессии. Замдекана сказал, что нет…
Вот и говори тут о том, что ясновидения не существует! Свой вылет я предвидел еще в мае. Может быть, мне что-то передалось от моего покойного деда? Говорят, что он умел заговаривать любые болезни и предвидел свою собственную смерть на войне… Леночка говорит, что это - самовнушение.
Может, она права? Может быть, действительно ничего не было? Не знаю…
Что мне теперь делать? Поначалу я хотел пойти в армию, отслужить, а там видно будет… Но мать устроила мне такой скандал! Она плакала, причитала, что я сам виноват в этом, что ей стыдно за меня перед родней и друзьями, что она теперь не сможет смотреть им в глаза после такого позора… А что, собственно говоря, произошло? Ну, вылетел… Подумаешь, беда какая!
Я не выношу женских слез. Может, этим можно объяснить то, что я, в конце концов, переменил свое решение? Теперь я хочу забрать документы и поступать снова. Да и как подумаю, что не увижу больше Леночку!..
3 июля 1990 года (сон Ивана П.).
Она стояла перед ним, грозно сверкая почти черными от гнева глазами. Такая же красивая и неприступная, как в ту ночь, когда Иван увидел ее в первый раз. Сегодня она снова заявилась к нему.
– Ты говорил, что любишь меня, а сам что делаешь?
Он не помнил, чтобы говорил ей об этом. Стараясь скрыть свое удивление тем, что видит ее здесь, поинтересовался:
– Что ты имеешь в виду?
– Ты прекрасно знаешь, что. Ты изменяешь мне с этой… - бросила она ему в лицо упрек.
– А, может, я люблю ее! - с вызовом заявил он.
В ответ она расхохоталась.
– Брось болтать глупости! Разве она так хороша, как я? Да она просто уродина! К тому же старше тебя на восемь лет…
– Для настоящей любви это - не преграда! - возразил он.
Она покачала головой.
– Любовь - это плотское влечение. Влечение твоего демона и еще кое- чего…
– Не надо все так опошлять, - сказал он, чувствуя растущее раздражение. - Зачем обливать грязью это светлое чувство?
Она улыбнулась и коснулась пальцами его щеки.
– Какой же ты еще глупенький… мальчик! Сколько времени пройдет, пока ты по-настоящему поймешь, что такое любовь…
– Чего ты от меня добиваешься? - не выдержал он, отводя ее руку.
– Я хочу, чтобы ты принадлежал только мне! - ответила она.
– Вот как! Ты не появлялась очень давно, - сказал он ей на это. - И к тому же, я предпочитаю реальную женщину, а не выдуманную моим воображением.
– Ты думаешь, я - твоя выдумка?
– Именно так!
И тогда она ударила его. В ударе было столько силы, что он отлетел в сторону и больно стукнулся о батарею.
– Ну, как? Хороша выдумка? Может, повторить?
В этот момент, глядя на нее, он понял, что это - ведьма! Ничего хорошего от встречи с ней ждать не приходилось. Она могла запросто убить его…
И тут к нему пришла спасительная мысль. Ему вспомнилось, что на подоконнике стоит икона Божьей Матери. Он схватил образ и выставил его перед собой. Ведьма, направлявшаяся к нему, застыла на месте, будто наткнувшись на стену.
– Не нравится? - позлорадствовал он. - Я тебя могу уничтожить, если захочу!
– Не надо, Ваня! - взмолилась она. - Все равно у тебя ничего не получится с ней, вот увидишь! Не прогоняй меня!
Он подумал некоторое время, а потом спросил:
– Скажи мне, как на духу, ты - ведьма?
Она вздохнула и ответила:
– Да, я - ведьма! Так уж получилось, что ты нужен нам. А мы - тебе. Не противься, Ваня. Все равно ты не сможешь уйти от нас. ОН подчинит тебя своей воле, и тогда мы будем вместе… Решайся, не проиграешь!
– Кто это - ОН?
– Пока я не могу тебе этого сказать.
– Уходи.
Он выставил перед собой икону и двинулся на нее. Лицо ведьмы исказила гримаса, она попятилась и крикнула:
– Все равно, где бы ты ни был, с кем бы ты ни пытался завести роман, я буду рядом! Ты изгоняешь меня от себя, но не от своих баб! Запомни это…
3 июля 1990 года (из дневника Ивана П.).
Утром проснулся и первым делом осмотрел себя в зеркало. Так и есть!
На лбу и на плече красовались два багровых синяка! Вот так дела!..
Сегодня провожал Леночку. Наконец-то решился! Сегодня разговор был более откровенным. Оказалось, она замужем, но муж ее бросил. Не понимаю, что нужно было мужику? Правда, злые языки говорят, что она изменила ему.
Не верю! А если и было…
В любом случае, у меня есть шанс добиться своего, не изменяя своим принципам. Если бы она была замужем, я мучался бы угрызениями совести, и не смог бы с ней… Впрочем, еще не ясно, смогу ли сейчас…
Леночка поинтересовалась моим синяком на лбу. Пришлось ей рассказать. Она долго смеялась, а потом обозвала меня фантазером. Ей-то хорошо, а я все-таки испугался не на шутку! Уже не первый раз у меня сны перетекают в реальность…
25 июля 1990 года (из дневника Ивана П.).
Я опять поступил. После года учебы в институте сделать это было плевым делом. Удивляюсь, чего это год назад все казалось таким сложным?
В деканате меня "обрадовали". Замдекана с милой улыбкой поинтересовался, чего это, мол, я решил забрать документы? Мол, мне бы разрешили пересдавать. Вот сволочь!
Димка выкрутился. Родители где-то достали справку, что он болел, и ему продлили сессию. А меня даже близко не подпускали к нему, мотивируя это тем, что ему надо готовиться к экзаменам. С одной стороны, я их понимаю. Вдвоем мы никогда не готовились, предпочитая заниматься чем угодно, только не делом. С другой стороны, это несколько жестоко по отношению ко мне. Бог им судья…