Париж. Лувр. Её группа стоит возле знаменитой картины Леонардо да Винчи «Мона Лиза». Вдруг к ней подходит наш турист и говорит: «Мне нужно по малой нужде в туалет, а там вход платный. Денег у меня нет. Что делать?». Обычно советские туристы брали с собой матрёшки в качестве сувениров – французам они нравились. Аня решила, что дежурная в туалете впустит туриста за матрёшку, и говорит ему: «Возьмите матрёшку, и идите», а турист ей отвечает: «Какую матрёшку? Мне ведро нужно!».
Москва. Фойе гостиницы Интурист. Аня называет фамилии туристов для проверки, все ли на месте. В группе был бельгиец с фамилией из трёх букв: «джи», «о», «п». Звучит она как «жоп». Я сказала: «Господин жоп!». Видимо турист откуда-то узнал, что его фамилия звучит на русском языке неприлично. И на всё фойе он громко сказал: «Я не жоп, а ёп».
На каждом нашем сборище Аня обязательно рассказывала пару анекдотов, и не только своих. У неё был низкий, красивый голос, и она отлично пела и аккомпонировала на пианино. Вообще Аня окончила Гнесинское музыкальное училище. Но быть педагогом не захотела. Ей больше нравилось быть гидом. Она выучила французский и итальянский языки и устроилась гидом в Интуристе.
Черноволосая, с большими чёрными глазами, округлым довольно симпатичным лицом, среднего (для женщин) роста, полноватая, с очень грамотной речью и умением вести себя, Аня была, несомненно, хорошим гидом.
Когда я познакомился с ней, она состояла в гражданском браке с щуплым парнем, работавшем таксистом. У них рос сын Антон. Почему они не расписались – я не знаю. Когда Антону исполнилось два года, Володя без вести пропал.
У Ани осталась фамилия «Диманштейн». Как-то Аню вызвали в отдел кадров и сказали, что её фамилию трудно произносить по-французски, и предложили заменить фамилию. В то время это было возможно, только выйдя замуж.
У меня был аспирант из Караганды – Женя Фёдоров. Аспирантура заканчивалась, он хотел остаться в Москве, а прописки не было. И я познакомил Аню с Женей.
На каких условиях они договорились, я не знаю, но у Жени появилась прописка, а у Ани стала фамилия Фёдорова. Фамилия, открывшая Ане зарубежные капстраны, хотя национальность, естественно, осталась прежней, и в кадрах о ней знали.
С этой фамилией Аня и умерла в возрасте пятидесяти трёх лет из-за рака мозга. За два года до кончины Аня для похудения резко перешла на вегетарианскую пищу. По мнению и французского и российского врача именно резкая смена состава питания и спровоцировала эту болезнь. Так ли это, точно не известно.
Семейное
Непримеримые друзья
Памяти Якова Львовича Котляр
«Но всё же мы остаемся братьями» – сказал Яша после очередного спора со мной, и улыбнулся, обнажив свои огромные зубы. Чем-то он напоминал известного французского артиста Фернанделя. Рост под два метра. Большие лицо и зубы, нос бульбой. Но в отличие от полноватого Фернанделя, Яша был сухощавым и несколько сутулым.
Яшиного родного отца убили на фронте, мне повезло больше – с фронта отец вернулся живой, хотя был на войне с первого дня войны и даже участвовал в штурме Берлина.
Наши мамы были родными сёстрами. Я уже давно жил в Москве, а Яша перебрался в Москву, когда вышел на пенсию. Его дочь работала и жила в Москве. Она всё и устроила.
Шуточки Яши иногда казались мне грубоватыми, и взгляды по многим вопросам расходились. Но мы уважали друг друга. Яшу было за что уважать. Чтобы прокормить семью, Яша устроился работать на шахту проходчиком, но одновременно учился в горном институте на вечернем отделении. Для работы проходчиком требовалась большая сила и выносливость. Кто ездил в метро, обратил внимание на выработки, закреплённые металлом. Арочное крепление состоит из трёх сборных частей: двух ножек и перекрытия. Металлические ножки весили более сорока килограмм. Никакой механизации. Настилка пути – тоже трудоемкая работа. И после рабочей смены идти учиться – нужно было иметь сильный характер.
А Яша его имел. После института Яша быстро пошел вверх, вступил в партию, стал начальником шахты, затем в комбинате Карагандауголь отвечал за строительство. Позже шахты и Темир-таусский металлургический комбинат купил индус. И Яша в объединении Кармет был заместителем по добыче. В книге о Караганде ему посвящено несколько страниц. На своих должностях Яша мог немало заработать, но не сделал этого, о чем на пенсии жалел.