«Из прошлого высвечен сердцем…»
Из прошлого высвечен сердцемНетленный родительский дом,В нем зыбка с кудрявым младенцемКачалась под звездным окном.
Осеннее небо пугалоПечальной своей глубиной,И зыбка пылинкой виталаВ тумане меж светом и тьмой.
Казалось, что мир этот хрупкийРассыплется вдруг среди дня,Но женские теплые рукиВселяли надежду в меня.
И я привыкал понемногуК пространству за темным окном,Вначале пять метров к порогу…А позже покинул и дом.
В пути постигал расстоянья,Пространство манило, влекло,И время земного скитаньяТак быстро бежало, текло.
То время подернуто дымкой,Но вижу за той пеленой,Как женщина с доброй улыбкойСклоняется вновь надо мной.И женские руки в надеждеЛаскают белесый мой чуб,И я просыпаюсь, как в детстве,И… «мама!» – срывается с губ.
«Три женщины любимых, три печали…»
Три женщины любимых, три печалиУ трех дорог меня всегда встречали.Три женщины любимых, три огняОт злых напастей берегли меня.Три женщины любимых на земле,Три мотылька, светящихся во мгле,За них готов молиться день и ночь —Храни их, Боже: мать, жену и дочь.
«Вот и вышел намеченный срок…
В. Н.
Вот и вышел намеченный срок,Приумолкли походные трубы.С этой женщиной пить бы медок,Целовать ее сладкие губы.
С этой женщиной век вековать,Только что мне от века осталось.Где моя молодецкая статьИ куда моя юность умчалась?
Исходил я немало дорог,Верил в силу свою и отвагу…С этой женщиной пить бы медок,А не горькую, горькую влагу.
Протекли мои годы в песок,Слишком призрачны были победы.С этой женщиной пить бы медокИ хмелеть от вечерней беседы.
В этом мире неясных тревогЯ молю всемогущего Бога —С этой женщиной пить бы медокДо того, до последнего срока.
«Душой ничуть не покривлю…»
Душой ничуть не покривлю,Когда сравню тебя с Мадонной,С той недоступной и покорной,Чей взгляд божественный ловлю.
Душой ничуть не покривлю,Сказав, что есть на свете чудо,Средь сумасшествия и блуда —Святую женщину люблю.
Скажу спасибо сентябрюЗа ту, негаданную встречу.Я новый год в душе отмечу —Душой ничуть не покривлю.
Мольба
Храни тебя мой Бог,Меня – твоя Богиня.Где движется песок,Там вечная пустыня.
Где тысячи дорог,Невидимые взору,Там движется песок,Не под гору, а в гору.
Моя судьба, мой рок,Мираж, с которым спорю.Там движется песокК сиреневому морю.
Там движется песок,Как будто кровь под кожей…Храни тебя мой Бог,Да и Богиня тоже.
«Эта женщина Востока…»
Под тяжестью твоей огромной болиЯ не согнусь, хоть и былинка в поле.А ты могуч, руками камни крошишь,А боль былинки выдержать не можешь.
Эта женщина ВостокаГоворит и говорит,Нескончаемым потокомРечь, как реченька журчит.
Я слова не разбираю,Не моя на то вина,Но я сердцем понимаю,Что волнуется она.
Что в душе ее тревога,Что в душе ее печаль.У нее одна дорога,У меня другая даль.
Но на миг соприкоснулисьВ оглушающей тишиИ на оклик оглянулисьДве былинки, две души.
«Рисую осенний пейзаж…»
Рисую осенний пейзаж,Оранжевой краской рисую.Сменяется явь на мираж,Уйти в неизвестность рискую.
Сменяется день на закат,В рубахе малиновый вечер.Плывет над землей листопадИ листья щебечут: «До встречи».
До той недалекой поры,Когда распускается вербаИ радужный смех детворыВзлетает до синего неба…
Рисую осенний пейзаж —Прекрасный кусочек природы.И женская прихоть и блажь —Всего лишь измена погоды.
«…Из той поры до нынешнего дня…»
…Из той поры до нынешнего дняЛетит, летит: «Не разлюби меня», —И готов поклясться на крови,Я от твоей не отрекусь любви.Когда вдали забрезжит ливень-свет,Мы вдруг поймем, что нас уже здесь нет,Лишь голоса, да отголоски дней,Судьба твоя растворена в моей.И потому безудержно любяИ среди звезд я отыщу тебя…