— Да. Так оно и есть.
— Вы им чересчур подвержены.
— Я слишком часто сталкивался с ней в жизни.
Тем не менее, этот короткий обмен мнениями меня немного успокоил. Король мог убедить меня в чем угодно. Ради него я согласился перенимать повадки льва. Поверил, что смогу измениться. Возжаждал победить своё прежнее «я». Конечно, мне никогда не стать львом, но и малая толика львиных качеств не помешает.
Безоружный, я последовал за королём к узкому концу загона. Лев, должно быть, проснулся, потому что на расстоянии в три мили послышались трещотки. Щурясь от слепящего солнечного света, я вгляделся в даль и увидел возле стены, на высоте двадцать пять или тридцать футов над землёй, что-то вроде платформы из тростника с таким же тростниковым навесом. Оттуда свисало подобие верёвочной лестницы из лиан. Король решительно взялся рукой за нижний конец и стал по-матросски карабкаться вверх. Достигнув платформы, он приглушённо крикнул:
— Забирайтесь и вы сюда, мистер Хендерсон!
Неожиданно из моего горла вырвался хриплый стон.
— В чем дело? — удивился Дахфу.
— Бог его знает.
— Вам дурно?
Я покачал опущенной головой. Должно быть, рычание, в котором я в последнее время упражнялся, развязало во мне какие-то узлы, и какие-то чувства, спрятанные на дне души, рвались наружу. Но не дело — беспокоить короля в день его славы.
— Я иду, ваше величество.
— Переведите дух, если нужно.
Он обошёл платформу, которая, вместе с навесом, казалась чем-то вроде хижины, и снова подошёл к краю. Я спросил:
— Она выдержит наш вес?
— Лезьте, лезьте сюда, Хендерсон.
Я полез. А трое дикарей с копьями стояли и смотрели, как я, Сунго, карабкаюсь по свитой из лиан лестнице. Потом они отошли в угол, туда, где находилась примитивная, но, должно быть, эффективная конструкция. После того, как другой дичи дадут уйти, сверху упадут опускные ворота и загонщики при помощи копий загонят льва туда, где королю будет удобнее осуществить захват.
Я поднялся по шаткой лестнице и сел на такую же ненадёжную, на мой взгляд, платформу. Общий замысел постепенно прояснился.
Итак, на высоте двадцать пять — тридцать футов висела допотопная соломенная постройка, а через просветы во внутренней стене загона я увидел висящую в воздухе плетёную клетку в виде колокола, с камнями на дне для равновесия. Она была сплетена из гибких лоз, не уступавших прочностью кабелю, и висела на верёвке — нет, даже тросе из лоз, пропущенном через специальное приспособление на шесте, один конец которого был закреплён на краю навеса, служившего «хижине» крышей, а другой — на противоположной стене загона; длина шеста составляла десять или двенадцать футов. Под ним и параллельно ему проходила ещё одна жердь, отходившая от платформы и также закреплённая на стене «утёса». На этой-то жерди — мостике не шире моего запястья — королю и предстояло балансировать с клеткой-колоколом, чтобы, когда льва заманят в отгороженную часть загона, он поместил над ним клетку, а затем опустил, расслабив трос. Так будет осуществлён захват льва.
— Как вам эта штука? — спросил король.
Я пытался — и не мог справиться с обуревавшими меня чувствами.
— Здесь, — продолжал Дахфу, — я поймал Атти. А Гмило — Суффо.
— Послушайте совет друга, — пробормотал я. — Конечно, я плохо разбираюсь… Но вы мне очень дороги, ваше величество… Не надо…
— Что с вашим подбородком, мистер Хендерсон? Он так и ходит ходуном.
Я прикусил нижнюю губу.
— Простите, ваше величество. Я скорее перережу себе горло, чем стану подрывать вашу уверенность в себе в столь ответственный момент. Но нельзя ли упростить процедуру? Опоить зверя… дать наркотик…
— Спасибо, Хендерсон.
Я понял: терпение Дахфу на исходе. Он не стал напоминать мне, что он король варири, — я сам об этом вспомнил. Он позволил мне быть рядом. Возвёл в ранг своего друга. Я не должен ему мешать.
Мы сидели на шаткой платформе из жердей с настилом из тростника. В конце концов я не выдержал, встал и шагнул на узкую доску, где предстояло балансировать королю.
— Что вы делаете, Хендерсон?
— Слежу за Бунамом.
(На самом деле я хотел проверить жердь).
— Не стойте там.
Под моей тяжестью доска прогнулась, однако не треснула. Я вернулся на платформу и сел рядом с королём. Перед нами был утёс из песчаника, а дальше, в лощине, я разглядел маленькое каменное строение.
— Там кто-нибудь живёт?
— Нет. — Брошенный дом? Или он все-таки служит для каких-то целей?