Он любил щеголять выражениями, которые подцепил в Ламу.
Я подумал: человечество все ещё делает ставку на лицемерие. Поздно! Даже для этого.
— Вы больше не Сунго. Вы — Ясси.
— Совершенно верно. Ромилайу, переведи джентльмену: я счастлив стать Ясси. Когда приступим?
Ромилайу перевёл ответ: нужно дождаться, когда изо рта покойного правителя вылупится личинка. Она превратится в маленького льва, а тот, в свою очередь, станет Ясси.
— Если бы здесь были свиньи, лучше меня бы императора не сыскать, — мрачно пошутил я. Жалко, что Дахфу не слышал. — А теперь, Ромилайу, передай мистеру Хорко, что это большая честь. Покойный король был выше и лучше меня во всех отношениях, но я постараюсь оправдать их доверие. Нас ждёт большое будущее. Я бежал из своей страны как раз потому, что мне было негде развернуться. Сколько нам ещё оставаться в этом приюте смерти?
— Он говорить, три-четыре дня, сэр.
— О» кей? — осведомился Хорко. — Недолго. Вы жениться все эти леди. — И показал на пальцах: шестьдесят семь.
— Об этом не беспокойтесь.
После того, как он, церемонно откланявшись, удалился, в полной уверенности, что я у него в кармане, я сказал Ромилайу:
— Бежим нынче вечером.
Он промолчал.
— Сегодня вечером! Луна нам поможет. Прошлой ночью было так светло — хоть изучай телефонный справочник. Сколько мы пробыли в этом городе — месяц?
— Да, сэр. Что будем делать?
— Поздно вечером поднимешь шум: меня укусила змея или что-нибудь в этом роде. Прибежит кожаный с парой амазонок — посмотреть, в чем дело. Если он не откроет дверь, попробуем что-нибудь другое. Но предположим, что все— таки откроет. Возьмёшь вот этот камень и всадишь в щель между петлями, чтобы дверь не захлопнулась. Больше от тебя ничего не требуется. Где твой нож?
— Я держать нож, сэр.
— Нет проблем. Пусть будет у тебя. В общем, ты меня понял? Ты орёшь дурным голосом, что Сунго-Ясси, или кем там они меня считают, укусила змея. Нога стремительно пухнет. Потом встанешь у двери, чтобы сразу же вставить клин. — И я дополнил инструкции жестами.
Этим вечером мы не ложились спать. Я приводил в порядок мысли, одновременно ведя жестокую борьбу с лихорадкой.
— Сэр, вы не передумать? — послышалось из темноты.
— Нет, Ромилайу. Кажется, пора. Поехали!
Я снова приподнял Ромилайу, чтобы он смог заглянуть в отверстие. Парень в соседней комнате дрыхнул без задних ног. Я тяжело застонал. Он открыл глаза, встал и прислушался. Ромилайу заскулил:
— Ясси кмути. Ясси кмути.
Это слово было мне знакомо: загонщики то и дело повторяли его, когда несли раненого Дахфу. «Король умирает». Между прочим, язык варири лёгок для усвоения.
Помощник Бунама открыл дверь на улицу и что-то крикнул в темноту.
— Звать женщин-часовых, сэр.
Я лёг на пол и подал Ромилайу камень.
— Ступай к двери. Если сегодня не сбежим, наша жизнь не продлится и месяца.
Я настроился на убийство. Как ни странно, именно это помогало мне сохранять самообладание. Я с наслаждением представлял, как возьму помощника Бунама — хотя бы его! — за горло. Кто-то вынул из двери одну планку и, посветив в щель фонариком, увидел меня скрюченного на полу. Отодвинули засов. Я завопил, как от боли: «Камень!» — и Ромилайу послушно сунул его между петлями, несмотря на то, что амазонка выставила вперёд острие копья. И тотчас отступил ко мне. Амазонка вскрикнула: я сбил её с ног. Копьё вонзилось в стену. Я мысленно воззвал к Богу: только бы эта железяка не ранила Ромилайу! — и оглушил амазонку ударом камня по голове. При данных обстоятельствах я не мог делать скидок на её пол. Бунам и вторая амазонка попытались захлопнуть дверь, но помешал камень; я успел схватиться за край. Они тянули дверь в одну сторону, я — в другую. Мне удалось ребром ладони — коронный трюк десантников — вырубить вторую амазонку. Потом я в три прыжка догнал кожаного и, злобно зарычав, схватил за горло. Ромилайу взмолился:
— Нет, нет! Не убивать, сэр!
— Какого черта — он же сам убийца! Из-за него мы лишились короля.
— Вы не убивать, — настойчиво повторил Ромилайу, — Бунам не устраивать погоня.
— Ромилайу, моё сердце требует мести!
— Вы мой друг, сэр?
— Позволь хотя бы сломать ему пару рёбер! О да, Ромилайу, я твой друг.
Но и король Дахфу был моим другом. Ладно, не буду ломать ребра, только поколочу.
Но и колотить его я не стал. Просто швырнул, вместе с обеими амазонками, в ту комнату, которая ещё недавно была нашим узилищем, и задвинул засов. Мы ринулись во вторую комнату. Ярко светила луна, так что видимость была отличная. Ромилайу схватил корзину с провизией, а я подошёл к королю.