Ждали дальних больше,
Чем знакомый профиль;
Клали пленным в Польше,
В котелки картофель.
Пленный не идущий,
Чешка, и конвойный.
Автомат опущен
Просьбою спокойной.
Злость утихла тая,
Не убьет коль рядом,
Чистая, седая,
С материнским взглядом.
Чьи они? В дороге,
Помогали многим,
Правдою простые,
Чистые, седые.
НЕПОВТОРИМОЕ
В страхе дадена хлеба краюха,
И не хочет от пленного платы.
На коленях рыдая старуха
Умоляла уйти из хаты.
«Сына жалко, помилуй, не можем,
Неспособна на старости врать я,
Немцы нынче за помощь прохожим
У соседки повесили зятя».
За околицей мокрая стужа,
От обозов в рытвинах дорога.
Зашагал по осенним лужам,
Под покров позабытого стога.
СИРОТА
Без дум тараторя,
Бездушная тетка
Напомнила горе
Назвала — сиротка.
И гладили мило
Льняную головку,
А девочке было
До боли неловко.
Ну как это смели,
Что может быть гаже:
Надменно жалели
На солнечном пляже.
Не знали привычек
Исправить ошибку,
С махровых ресничек
Спугнули улыбку.
Как вор от укора
Ушла без оглядки.
Рыданья не скоро
Утихли в кроватке.
ШАВКА
В разрез походной ругани и стону,
В нежданный час желанное принес,
Любовь всему штрафному батальону
Забытый в гетто шелудивый пес.
Большой сюрприз, — внезапная поправка;
Для пса по форме выписан паек.
С неповторимой бдительностью Шавка
Стерег в костре последний огонек.
И не уймут военные преграды,
Хороших чувств победного пути.
Ведь кто-то даже выкинул снаряды,
Чтоб Шавку в теплом ящике везти.
Больной солдатик праздновал удачу;
Он на привале в снежную метель,
Лежалой коркой, теплоту собачью,
Привлек на время, под свою шинель.
Сдавался в плен без лаю и без воя,
Хвостом солдату вражьему вильнул,
Убит прикладом дикого конвоя
За то, что руку жирную лизнул.
БОЦМАН
Греческой галерою баркас,
Мне казался в утреннем багрянце.
Удаляет боцманский приказ,
Шваброю неловкость новобранца.
Знахарей таких на суше нет;
Теплотой души, и крепким басом,
Из чертежки вынутый скелет,
Боцман облепил упругим мясом.
Чтобы не быть пасынком семьи,
Я рубил шаги в попад с прогрессом;
После скуки ВУЗовской скамьи,
Драил палубу с научным интересом.
В гавани сгущался тихий мрак.
Нравы флота славили речисто,
К Вам пришли гурьбой на полубак,
На носу оставив гармониста.
Тропами тропической страны,
От того, что было не уйдете.
Навсегда, с хорошей стороны,
Я запомнил боцмана «на флоте»!!!!!
КНОПКИ И ЧЕЛОВЕК
Порывы все тише и тише,
В сердце тоской объятом.
Ведь теща под новой крышей,
Стирает белье автоматом!
Куда ж тут до встречи с другом,
Мечтам о родном и далеком.
Загнала, засыпала вьюга
Его вещевым потоком.
Гнетет вещевое бремя,
(К нему неимущий падок),
Украло тихое время,
Чтоб чувства сложить в порядок.
И пряча прошедшее слишком
В загон устремился узкий:
Сегодня забыл детишкам
Слово сказать по-русски!
И мчася галопом резким,
Застрял он в болоте топком.
Привязанным стал довеском
Ко всем этим ручкам и кнопкам!
РЕДКИЙ ГОСТЬ
Где довольством сверкают дачи,
И не знают, что значит злость,
Где годами не слышали плача
Появился с котомкой гость!
И одна пожилая дама
Быть приятной была не прочь,
На собраньи сказала прямо,
Что бедняге нужно помочь.