Удалился он от дел,
Навсегда помолодел.
Эру счастья прянного
Начинает заново.
И молитву сотворя,
Восседая у руля,
Прет прыжками рьяными,
Между океанами.
А супруга — пять до ста —
Сняла с дерева кота.
Снять опять готовая,
Древо стофутовое.
На любой вопрос ответ,
Украшая Божий свет.
Бодро спорят в скверике,
Старики в Америке!!!
МЕКСИКАНСКАЯ БЕРЕЗКА
Потому природу мучим,
Чтоб развеять прозу.
Рядом с кактусом колючим,
Посадил березу.
Без березки, было б проще.
Смотришь сердце стынет;
Вот растет чужою, тощей,
Сиротой в пустыне.
Ей на жизненной дорожке,
Песнь весны не спета,
Прелесть бархатной сережки,
Зной убил до цвета.
Ствол от ветра гнется тонкий,
Словно ждет подвоха.
Ей как всем, в чужой сторонке,
Без подружек плохо.
МУЧАЧА
Не жалею, что заплыл далече.
У меня нежданная удача:
Положила руки мне на плечи,
Самая красивая мучача.
Для Перьми незнанными речами
О своем мне говорила милом;
С фонарями на плоту, ночами,
Он гроза болотным крокодилам.
У нее от чародейки что-то,
На заклятья все слова похожи.
Потому, он принесет с охоты
Крокодильи, дюжинами, кожи.
Он вернется, пламенная знает,
Встретит песней пальмовая плаза.
До конца добычу разменяет,
По ее желанью без отказа.
В Мексике не делают запаса,
Самое прекраснейшее даром.
Ей турист богатый из Тексаса
Не смутил спокойствия долларом.
В южном стане чувствуют иначе,
Не для них условностей завеса.
Прозвучал речитатив мучачи,
Красотой тропического леса!
МЕКСИКА
Культур и рас живой конгломерат —
Последствие Колумбовой ошибки.
Здесь не заметишь бедности заплат,
За радугой сияющей улыбки.
Но не заметить в Мексике нельзя,
Шальную прелесть древнего изъяна:
Оставили раскосые глаза,
Монголы здесь, еще до Чингиз-Хана.
А может быть, историки не врут:
Взяв соболей, с собой, большую связку,
С подругами кочующий якут
Пришел сюда пешком через Аляску.
На каравеллах, через сотни лет,
Чтоб у ацтеков таяла обида,
Взамен на злато пару кастаньет
Им привезли испанцы из Мадрида.
На Панчо глядя, верится сильней,
И буду верить, что б не говорили.
Живет в крови бродяжки с Периней,
Веками растворенный дух Сибири!
ГОНДОЛЬЕР
Те же самые приметы,
Не встречали, но узнали.
Он герой из оперетты,
Гондольер на Гранд Канале.
Видит, прыть скрывает дева;
Пригласил: «Поедем, что ли?»
Жестом страстного Ромэо.
А в игрушечной гондоле,
Лакированно и чисто,
Яркий коврик для приманки.
Жестом первого артиста
Сесть помог американке.
Под мостом ушедших вздохов,
Слово дадено гитарам,
Млеет томная дуреха,
Гондольер поет не даром.
В тайну промысла проникши.
Потому, что верил вздоху,
Пережил эпоху рикши,
И извозчичью эпоху.
Он как дож при лунном свете,
В рамках признанных приличий.
У него жена и дети
Ждут удачливой добычи.
ТОРО
Нет у быка боевого задора,
Зверь окружен похоронным конвоем.
В Мексике бык называется — торо,
А матадор, по ошибке, героем.
В ярком параде ни славы, ни толку,
Тешатся люди забавою дикой.
Жгучею болью вонзаются в холку,
С пестрыми лентами, пика за пикой.
Кровь человеческой мерою мерьте,
Жути не скроете тысячью граций;
Торо поваленный просит о смерти,
А матадор за убийство — оваций.