Зевс достаточно давно знал Гею и усвоил, что она поясняет лишь самое необходимое.
«Опыт — это все, — говаривала она, — а опыту не научишь, его обретают собственными усилиями». Так что к загадочным заданиям он привык, но этот подарок привел его в полное замешательство. «Как можем мы с помощью этого куста победить Кроноса?» — намеревался он спросить, но тут раздался жалобный визг, и они увидели, как козленок-лакомка катается по земле, извергая из себя все, что он сжевал. Амалфея схватила малыша зубами за загривок и пыталась вытрясти из него яд.
— Листик желтенький жевать — бе-еды не миновать, — жалобно сказала она, на миг отпустив своего детеныша, — вот ты и получил!
Судороги были так сильны, что в пасти у козленка показались синие кишки. Тут Прометей вспомнил первое видение будущего, которое ему явилось: заключенные, словно лягушки, выскакивали у властелина изо рта!
— На завтрашнем пиршестве Кронос должен отведать сок этого растения! — воскликнул Прометей. — Завтра очередь моего брата, так я его подменю.
— О какой очереди ты говоришь? — спросил Зевс.
— Об очереди прислуживать за столом, — отвечал Прометей.
Козленка перестало рвать, теперь он, дрожа, лежал в траве, а мать Амалфея нежно его вылизывала.
Прометей поведал Зевсу, что во время пиршества на детей возлагается обязанность разносить и подавать еду.
— Разве ты еще дитя? — удивленно спросил Зевс.
— Детей в царстве Кроноса больше нет, — ответил Прометей, — поэтому мы, младшие, вынуждены по-прежнему нести эти обязанности. Титаны боятся производить на свет новых потомков. Им известно, что Кронос испытывает страх перед новорожденными, и они остерегаются вызывать подозрение у властелина. Мир, которым повелевает Кронос, — это мертвый мир, брат мой.
— Я лишу его владычества! — вскричал Зевс. Он протянул руки к небу и растопырил пальцы. — Вот этими руками я задушу его, как змея душит медведя!
— Да, душить ты умеешь, — подтвердил Прометей, — это я заметил. Но против Кроноса таким способом ничего не поделаешь — его горло одето в гранит.
— Я этот гранит разгрызу! — закричал Зевс.
Прометей покачал головой.
— Когда я видел вашу битву с Кроносом, вы держали в руках застывшие молнии, — задумчиво сказал он, — молнии сверкали, как вот эти темно-красные листья.
— Что ты такое говоришь? — спросил изумленный Зевс. — Как мог ты видеть эту битву? Ее же еще не было.
Тогда Прометей рассказал ему о чудесной способности, которой его наделила Гея.
Зевс капризно выставил вперед подбородок. Когда он обратился к матери Гее, лицо его потемнело.
— Надели и меня этим даром! — потребовал он. — Почему ты не сделала этого раньше? Разве я хуже другого твоего внука?
«Я сын властелина, — думал он, — а этот — всего только сын обыкновенного титана. Неслыханно, что Гея оказывает ему предпочтение!»
— Я не обязана тебе отчетом, сынок, — отвечала Гея, неожиданно превратившаяся в старуху. — Но знай: своими дарами я могу наделить лишь один-единственный раз.
Я вечный рост и становленье, и мои дары тоже всходят, цветут и увядают. Им суждено либо исчезнуть бесследно, либо стать чьим-то достоянием. Но повторить их вновь я не в силах. Прометей получил дар провидения, тебе же, упрямый внук, я подарю нечто иное: ты будешь способен превращаться во что захочешь. Сын мой Кронос обладает способностью превращаться в зверей, я надеялась, что благодаря этому дару сердце его склонится к моим созданьям, однако он презирает все живое. Ты же, мой дорогой, сможешь превращаться во что угодно: в облако или в дуновение вётерка, даже в такие существа и предметы, которые ты придумаешь сам, — в черного лебедя или в золотой дождь! Если вы двое — ясновидящий и оборотень — будете держаться вместе, вы сможете совершить все, что пожелаете.
— Матушка, — сказал Зевс, — ты должна была бы одарить этой силой также моих братьев и сестер. Что есть у меня, должно быть и у них. Я не желаю никаких преимуществ, ибо царство, которое я намерен основать, будет царством равенства.
— Ах ты мой капризный внучек! — вздохнула Гея. — Я ведь только что тебе объяснила, что не могу бесконечно раздавать свои дары, ты просто меня не слушал. Ну хорошо, я все же исполню твою просьбу, но за это мне придется пожертвовать многими моими способностями и впредь я не смогу показываться ни в каком образе, кроме этого. Но пусть будет так! Пусть с тебя, с твоих сестер и братьев начнется новый век, пусть он и называется также по-новому! Ты и твой род не будут более зваться титанами, я назову вас богами. На, восприми мою силу, ты, первый из нового рода! Приветствую тебя, о Зевс, первый из богов, коего зрят мои очи!