Как оплачивался труд батраков, можно проверить во всех деталях. В договоре, или подрядной грамоте, подробно перечисляются все виды довольствия: это наличные деньги, оплата натурой и предоставляемый в пользование участок земли. Совокупность этих благ называется конвенцией. Условия этой «комменции» — батраки с трудом выговаривают это слово, и в нем слиты горечь, унижение и женские слезы — с каждым годом ухудшаются. Эти условия были еще до войны суровыми и, на взгляд просвещенного человека, просто немыслимыми. Между тем как, опираясь на научные данные, экономисты доказывают, например, что для хозяина прямая выгода обеспечить хорошим питанием своих работников, по договорам батраки получают лишь тот минимум продуктов, который необходим для поддержания жизни. В пустах можно видеть холеных прекрасных коней с резвым ходом, огромных, фыркающих, как паровоз, быков. А вот полных или даже просто упитанных батраков я никогда не видел — ни возчика, ни косаря, ни пастуха; таких я даже как-то и представить себе не могу, они показались бы мне просто смешными. Люди пуст — это поджарая, худая порода, они смуглы от загара и потому выглядят моложе своих лет и крепче, даже когда душа едва в теле держится. Один наш ученый-антрополог уподобил жителей пуст динарским горцам, далматинцам, — кожа да кости. К сожалению, я должен ему возразить.
Дело в том, что вышедшие из их среды надзиратели и приказчики почти без исключения склонны к полноте.
По моему мнению, объяснение этих «расовых признаков» следует искать в условиях вышеупомянутой конвенции. Я совершенно убежден, что основные положения ее были определены еще в те далекие времена, когда конвенция обеспечивала батраку лишь своего рода зимний прикорм; и наряду с ним в распоряжении батрака было еще открытое поле, а нередко с молчаливого согласия помещика и открытое гумно. В конце прошлого века даже самые бедные батраки, как мне известно из истории моей семьи, могли вести небольшое самостоятельное хозяйство: полученные с испольной земли продукты они могли продавать, а корм для своего скота брали из запасов имения. Однако с рационализацией хозяйствования такой порядок постепенно был отменен. Сохранилась только конвенция, и то не полностью. Экономисты 90-х годов, говоря о годовом содержании батрака, упоминают и о 60–100 форинтах наличными, о двух парах сапог, о бахиле, о бурке, о сермяге. А теперь?